- Вы убедились, не так ли, Диана де Сент-Ирем, что участь вашего брата действительно в наших руках?- сказал президент.- Вы любите только его, он отвечает вам тем же, так слушайте внимательно: вы обяжетесь повиноваться без возражений, без ропота всем нашим приказаниям, какого бы они пи были рода. Ваш брат остается залогом в наших руках; за его жизнь отвечает ваше повиновение; при малейшей тени измены он будет заколот кинжалом. Если вы исполните, каковы бы они ни были, приказания, которые вам отдадут, то через двадцать четыре часа и вы, и граф получите свободу и даже,- прибавил насмешливо президент,- мешок с двумя тысячами пистолей, который отец Жозеф де Трамблэ вручил вам сегодня. Принимаете ли вы эти условия и обязуетесь ли их выполнить? Подумайте хорошенько, прежде чем отвечать окончательно. Нам нет ничего легче, чем покончить с вами сию же минуту. О! Вы в наших руках, и на ваше спасение нет ни малейшей надежды, даже если все войска королевства придут освободить вас.
- Сестра!
- Молчи, Жак, молчи, братец, это необходимо! Мы во власти самых заклятых врагов! - произнесла она отчаянным голосом.
- О! Рано или поздно я отомщу за себя! Вы дорого поплатитесь, черные демоны, за все оскорбления, которые я вынес сегодня! - с глухим гневом сказал молодой человек.
- Не бойтесь, ваше сиятельство, вам предоставится случай для возмездия прежде, чем вы его пожелаете. Сударыня, отвечайте, принимаете ли вы наши условия?
- А вы,- спросила она,- исполните ли ваши обещания?
- Исполним, если вы сдержите свои.
- Хорошо! Я согласна.
- Поцелуйте вашу сестру, господин граф де Сент-Ирем, и помните: если вы не выйдете отсюда целы и невредимы, значит, она изменила своим обязательствам. Тогда пусть падет ваша кровь на ее голову!
- О! Никогда, никогда! - воскликнула Диана, кидаясь в объятия брата, - Жак, мой возлюбленный Жак!
- Повинуйся этим людям, моя бедная Диана, но я клянусь, в свою очередь, что Господь пошлет мне день справедливого мщения!
- Вам надо бы вспомнить не Бога, а дьявола, граф де Сент-Ирем, потому что он один может слушать ваши воззвания. Теперь ступайте и, так как вы притворяетесь верующим, помолитесь, чтобы ваша сестра сдержала свои обещания; идите!
Брат и сестра еще раз простились, и молодой человек вышел из комнаты, гордо подняв голову.
Президент подал знак.
Один из замаскированных открыл какую-то дверь, исчезавшую за обоями.
- Сударыня,- обратился к Диане президент,- войдите в ту комнату. Вам очень к лицу мужской наряд, найдете там костюм молодого пажа, который наденете; поторопитесь, через десять минут мы едем. Развяжите ее! - прибавил он, обращаясь к помощникам.
Веревки были в минуту разрезаны; девушка вошла в соседнюю комнату, и дверь затворилась за нею.
Не прошло десяти минут, как Диана появилась, несмотря на страшную бледность, со спокойным личиком.
Она отступила в радостном изумлении, заметив, что ее судьи сняли маски, но сейчас же глубоко разочаровалась: ома не узнавала ни одного из трех незнакомцев.
- Сударыня,- сказал президент, или по крайней мере тот, кто до сих пор один разговаривал с ней,- мы уезжаем. Так как для нас очень важно, чтобы никто не узнал, где вы были все это время, я завяжу вам глаза мокрым платком и отнесу вас до места, где находится лошадь, на которой вы последуете за нами.
- Хорошо! - проговорила она, наклонив голову.
Пять минут спустя авантюрист, Дубль-Эпе, Клер-де-Люнь и трое из бездельников вышли из дома, уводя с собой Диану де Сент-Ирем с завязанными глазами.
Было семь часов вечера.
Ночь стояла темная, холодная; место было пустынное.
Они добрались до большой дороги, миновали рысцой деревню Рюэль и поехали по парижскому тракту.
В полумиле от деревни Ватан позволил Диане снять мокрый платок с глаз.
Действительно, у него больше не было необходимости опасаться нескромности девушки.
В эту минуту позади небольшого отряда послышался быстрый галоп приближавшихся всадников.
Капитан наклонился к Клер-де-Люню, шепнул ему несколько слов и, пропустив всех вперед, остался один в арьергарде.
Едва его спутники скрылись из глаз, как с ним поравнялся мчавшийся отряд.
- Эй! - крикнул Ватан.- Куда вы так мчитесь, друзья?
Двое всадников остановили коней.
- А, это вы, капитан! - сказал один из них.
- Должно быть, я,- отвечал он шутливо.- Но вы кто такие, позвольте спросить?
- Мы вас узнали по голосу, капитан; мы едем из Сен-Жермена.
- Так! В эту минуту все едут из Сен-Жермена. Если вам больше мне нечего сказать, так отправляйтесь своей дорогой!
- Нам было бы очень
- Ага! Я вижу, что вы действительно меня узнали, ребята. Нам надо объясниться, черт побери! Нельзя терять времени. Так вы…
- Макромбиш и Бонкорбо, которых начальник посылал в Сен-Жермен.
- Ну! Что же там делается?
- Все на ногах, капитан; объездная команда и отряд войск коннетабля давно снуют по окрестностям, разделившись на группы. Одна из них едет вслед за нами на расстоянии не больше ружейного выстрела.
- Много их?
- Шесть человек, капитан.
