Ближайшую неделю заняться всё равно было нечем, поэтому я поставила перед собой цель выиграть пари, узнав, что за тайны скрывают эти двое.
Ниран, естественно, как и полагается хитросделанному засранцу, обрадовался, что его проблему вроде как решили, причём практически без его участия, тут же подхватил Селуну под мышку и, радостно оповестив всех, что «пошёл выгуливать собаку», смылся в неизвестном направлении.
— Твой брат меня бесит, — мрачно сообщила Кэйлаш Арсу. — Когда-нибудь я его точно сожру.
— Он невкусный, — сообщил тот, с нежностью глядя на возлюбленную. — Но если ты голодная, я могу поджарить тебе кабана на вертеле.
— Разумеется. При условии, что я сначала этого самого кабана поймаю, — саркастично заметила Кэйлаш, а затем покосилась на нас с Киангом и Имани, и, тяжело вздохнув, добавила: — Впрочем, ты прав, едоков в замке прибавилось, так что припасы в любом случае надо пополнить. Так что ложись сегодня спать без меня — вернусь завтра ближе к обеду. Если в моё отсутствие явятся незваные гости спасать принцессу — гони всех прочь поганой метлой.
— А разве днём охотиться не сподручней? — растеряно уточнила я у Арса, как только Кэйлаш ушла из библиотеки.
— Драконы видят в темноте и у них очень острое обоняние, так что им без разницы, когда охотиться, — пояснил тот. — А Кэйлаш просто нравится гулять по ночам. Тёмное небо, усыпанное звёздами, таинственный лунный свет… Красота!
В его голосе отчётливо слышалось сожаление. Очевидно, он был не прочь присоединиться в ночной прогулке/охоте к своей огнедышащей подруге, но, как хозяин дома, не мог бросить гостей без внимания, поэтому был вынужден остаться.
— Пойду подготовлю продукты на завтра, — сообщил Арс после короткой паузы. — Если что-то понадобится — смело приходите. Я раньше полуночи точно спать не лягу.
— В замке есть большая купальня? — неожиданно спросил Кианг.
— Купальня? — Арс окинул его недоумевающим взглядом. — Чем вас обычная ванная не устраивает?
— Мне нужно чуть больше пространства, — с явной неохотой пояснил тот. — В идеале просторный бассейн метра на два. Или, быть может, поблизости есть термальный источник?
— В горах есть, но туда день пути, — Арс выглядел откровенно растерянным. — У Кэйлаш имеется личный бассейн, где она купается в драконьей форме, но, сами понимаете, я не могу вас туда пустить без её разрешения.
— Да, разумеется, — Кианг выглядел откровенно расстроенным. — В любом случае, спасибо.
«Зачем это ему понадобился большой бассейн?»— насторожилась я.
И тут меня осенило. У Кианга тоже есть другая форма! Не обязательно дракона, но тоже что-то крупное, что не помещается в стандартную ванну. Это, кстати, вполне объясняет, почему, затевая спор, Ниран сказал, что у них троих: его, Кианга и Кэлайш, — есть общая тайна. Они просто все трое умеют превращаться в животных! Осталось только узнать, в кого именно.
— Имани, — я повернулась к старушке, мирно сидевшей за столом и внимательно слушавшей все наши разговоры с нечитаемым выражением лица. — Ты сегодня в состоянии ночевать одна или снова присоединишься ко мне?
— Если ты позволишь, я бы предпочла спать у тебя, — смущённо потупив глаза, призналась та. — Если, конечно, я тебе не стесню.
— Нисколько, — заверила я её. — Идём.
После чего аккуратно взяла со стола горшок с семечком Златоцвета и Бао, подхватила старушку под руку и направилась на выход.
Мне нужно было срочно придумать план, как заставить Кианга принять вторую, — звериную, — форму. Наверняка ведь в этом мире есть какие-то травки-муравки, способствующие этому? Или на худой конец какие-то растения, которые любят те или иные животные, и по реакции на которые можно с точностью определить, кто перед тобой находится.
Разумеется, Имани, выросшая в глухой деревне и специализирующаяся на разных зельях, в травах должна разбираться превосходно. И она-то мне и поможет выяснить, кого скрывает Кианг за человеческим обликом.
— Вообще, перевёртыша очень сложно определить, особенно когда он находится в человеческом облике, — со знанием дела сообщила Имани, когда я озвучила ей суть своей просьбы и причину интереса. — Другое дело оборотень, который в волка превращается, вот он вычисляется легче лёгкого: бросишь в него пучок волчьей травы, шерсть на нём и вспыхнет, точно к ней открытое пламя поднесли.
— Хочешь сказать, узнать, может ли Кианг превращаться в какое-то животное или нет, невозможно?
— Если он волшебник, наверняка может, — пожала плечами та. — Ниран же превратил принцессу сначала в лошадь, а потом в собаку. Так вот, большинство колдунов могут то же самое и с собой проделывать, причём в любое время.
Я тяжело вздохнула: похоже, моя идея оказалась не так гениальна, как казалось на первый взгляд.
— Папа не колдун, — неожиданно заявил Бао, внимательно прислушивающийся к нашему разговору, пока я скармливала ему по одной ягодке гроздь винограда, заботливо принесённую Арсом с кухни.
— А кто?
— Папа — демон, — уверенно припечатал малыш.
Я от его слов на мгновение потеряла дар речи.
