— А что я ещё должен был делать? — в свою очередь спросил Хэйзел, весьма точно копировав тон хозяйки замка. — Арс тут живёт припеваючи, фактически, женатый. Сонтхи путешествует, где ему вздумается, и уже года четыре домой носа не кажет. А я вынужден присматривать за отцом и выполнять обязанности наследного принца. Притом что я даже не самый старший!
— Не вижу взаимосвязи между устроенным здесь безобразием и твоим нежеланием находиться подле отца, — сухо заметила Кэйлаш.
— О, связь самая что ни на есть прямая! — заверил её Хэйзел.
— Брат!.. — с отчётливой угрозой проговорил Сонтхи/Ниран, послав Хэйзелу предупреждающий взгляд.
— Ну, уж нет! Я молчать не собираюсь. Ты, — он ткнул пальцем в брата, — когда уходил из дома, обещал мне, что немного посмотришь мир, проявишь себя и вернёшься домой, заменив меня подле отца. Однако прошло четыре года, и домой ты явился только тогда, когда отец оказался на смертном одре!
— Заметь, я вернулся сразу же, как только ты написал, что отец болен! Более того, раздобыл лекарство, рискуя собственной головой.
— Я бы не сказала, что кража цветка из моего сада, который охраняет одна единственная болотная дева, такое уж рискованное предприятие, — с привычной безмятежной улыбкой на губах заметила Алина, вклинившись в их жаркий спор.
— Вот! — воскликнул Хэйзел. — Я, безусловно, безмерно благодарен тебе, что ты спас нашего отца, но, демоны тебя раздери, ты даже не дождался его полного выздоровления, а снова сбежал!
— Я не сбежал, — возразил Ниран. — У меня было срочное дело.
— Оно как-то связано с этим милым пёсиком на твоих руках?
Селуна, мирно сидевшая на коленях своего избранника, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями головы и боков, наградила Хэйзела презрительным взглядом.
— Тебя это не касается, — холодно осадил брата Сонтхи.
— Да неужели? То есть это не та самая принцесса, на которой тебя решил женить наш отец и в портрет которой ты влюбился с первого взгляда?
— Влюбился? — тут же оживилась Селуна и, извернувшись, посмотрела прямо в глаза своему колдуну. — Ты в меня влюблён?
Сонтхи тяжело, можно даже сказать обречённо вздохнул, наклонился и ласково коснулся губами макушки собачки. Ту в эту же секунду окутали серебристые искорки, и спустя мгновение у него на коленях сидел не милый пёсик, а принцесса в своём человеческом облике.
— Ты мог с самого начала меня расколдовать? — ошеломлённо спросила она.
— Разумеется, мог, — признался тот. — Какой же из меня маг, если я могу наложить чары, но не способен их снять?
— Ну, ты и мерзавец! — яростно взвизгнула Селуна и с силой ударила мужчину кулаком в грудь. — Подлец!
Сонтхи шустро ссадил её на диван, а сам вскочил на ноги и попытался отбежать в сторону. Не тут-то было! Принцесса явно намеревалась отомстить за всё то время, что была вынуждена провести в животном теле, поэтому, стащив с ноги туфлю, бросилась догонять своего жениха, весьма активно охаживая его туфлёй по спине, одновременно сыпля ругательствами, которые приличной девушке, тем более аристократке, знать точно не следовало. Вместе они сделали пару кругов по комнате, после чего Сонтхи выскочил за дверь, и вскоре их шаги стихли в коридоре.
«Просто дурном какой-то, — растеряно подумала я, всё это время поглаживая по спине Бао, успевшего вернуться в горшок. И тут меня вдруг осенило. — Получается, на этом всё? Принцесса расколдована, спаситель в лице Сонтхи/Нирана найден. Значит, моя миссия выполнена и меня вернут домой?»
Трапезничали мы в абсолютной, несколько напряжённой, тишине. Селуна с Нираном/Сонтхи, похоже, разрешили все свои проблемы. Во всяком случае, за стол они сели рядышком, и у обоих подозрительно радостно блестели глаза. Никто из присутствующих данное обстоятельство комментировать не стал. Хэйзел хмурился и агрессивно работал ножом и вилкой, поглощая стейк из оленины, Кэйлаш то и дело бросала недовольные взгляды на обоих деверей, а мы с Киангом по очереди кормили Бао кусочками спелого персика и пирогом с брусникой.
— Сонтхи, — обратилась я к колдуну, первой решив нарушить затянувшееся молчание.
— Предпочитаю имя Ниран, — сообщил тот, недовольно скривившись.
— Хорошо, Ниран, — покорно исправилась я. — Раз ты расколдовал Её Высочество, значит, и жаб сумеешь?
— Сумею, — согласился он. — Только не будут. Пусть ещё немного побудут в жабьей шкурке, глядишь, немного поумнеют.
— А я? — с надеждой спросила Имани.
— Прости, вот с тобой я точно бессилен, — развёл руками Ниран. — На тебе ведь не чары трансформации, а старящее зелье — это совсем другой вид магии, который, к сожалению, мне не подвластен. Так что придётся подождать неделю и всё-таки сходить к озеру.
Имани огорчённо вздохнула и коротко кивнула, принимая ответ.
— А что насчёт меня? — хмуро поинтересовался Хэйзел.
— Что ты имеешь в виду? — Ниран с вызовом посмотрел на брата. — Мне казалось, в твоём случае ответ очевиден: ты вернёшься домой и будешь дальше заботиться о нашем отце, как и подобает хорошему сыну.
Хэйзел с силой ударил кулаком по столу и категорично заявил:
