— Я не счел нужным его подшивать, герр Лютер. Я ведь записал все подробности инцидента. Что еще?
— Простите, что задаю вам эти вопросы, герр майор. Служба.
— Это все, герр Лютер?
— Еще одно. Потом фройлен перевели от вас?
— Да. Начальник местного Абверштелле майор Лайдеюсер забрал от нас фройлен Шрат. Ему был нужен человек со знанием славянских языков.
— И вы отдали такого специалиста?
— Я не отдал бы. Но это был приказ генерального комиссара Эриха Шёне.
— А почему Шёне отдал такой приказ? Ведь он сам добивался, чтобы ему из Берлина прислали специалиста.
— Мотивы Шёне мне неизвестны. Я получил приказ и выполнил его.
— Спасибо, герр майор. Вы очень мне помогли.
— Я рад, герр Лютер. Я могу идти?
— Да, герр майор, но у меня есть еще один вопрос.
— Готов ответить.
— Вы упомянули имя обер-лейтенанта Орбака.
Майор ответил:
— Обер-лейтенант Клаус фон Орбак. Прибалтийский немец. Служил в фельдгестапо в Здолбунове. Погиб месяц назад.
— Погиб?
— Насколько я знаю, он убит партизанами. Я навещал его сестру в Берлине и высказал соболезнования.
— Его сестра теперь живет в Берлине?
— Да. Но какое это имеет отношение к Еве Шрат? Фон Орбак с Евой знаком не был.
— Как знать, что может пригодиться, майор. Простите если оторвал вас от дел. Больше вопросов нет.
— И я могу идти? Или у вас возник еще вопрос?
— Вы можете идти и еще раз спасибо за помощь, герр майор. Хайль Гитлер!
— Хайль! — вскинул руку фон Ранке…
Лютера заинтересовали эти «мелочи» из послужного списка Евы Шрат. В 1942 году поступила в армию в ряды Stabshelferinnen — женской вспомогательной штабной службы[51]. Из-за знания славянских языков (польского, русского, украинского) направлена в столицу рейскомиссариата Украина в город Ровно в распоряжение штаба генерального комиссара Шёне.
Но всё в биографии фройлен Шрат было слишком идеально. Кроме того, что её фамилия фигурировала в деле «Красной вдовы».
В двери постучали.
— Войдите, — сказал Лютер.
Вошел штурмфюрер Курбис, агент, курирующий наружное наблюдение.
— Отчет за сутки, герр гауптштурмфюрер.
— Есть что-то интересное?
— Фройлен Шрат около трех часов провела в особняке барона фон Нейрат. Затем вышла на прогулку вместе с фройлен Ельзой фон Нейрат и офицером Генрихом фон Лендорфом.
— Лендорф?
— Это адъютант полковника фон Штауффенберга.
Лютер вспомнил:
— Штауффенберг недавно произведен в полковники и назначен начальником штаба при командующем армией резерва генерал-полковнике Фромме.
— Все верно, герр гауптштурмфюрер. И Лендорф его личный адъютант. Он часто бывает в особняке полковника барона фон Нейрата. Нейрат принимает в своем доме аристократов. И барон был, кажется, дружен с отцом молодого Лендорфа.
— Как долго они гуляли?
— Около получаса. Затем фройлен Шрат покинула особняк барона. И её приняла другая группа наружного наблюдения. Но ничего интересного в дальнейших передвижениях фройлен Шрат не было.
Лютер стал сам просматривать отчет.
— А вот это что? Что это за дом в пригороде?
— Это? Этот адрес фройлен нашла по объявлению.
— Что за объявление?
— О сдаче жиля внаем. Этот район относительно безопасен, герр гауптштурмфюрер. Потому фройлен и обратила на него внимание.
— И она сняла особняк? — удивился Лютер.
— Я не думаю, что фройлен Шрат хотела снять весь особняк. Скорее всего, речь шла о съеме одной комнаты в особняке.
— И она сняла эту комнату?
— Нет. Особняк же занят. Два дня назад его сняла другая женщина. И на этот раз особняк снят полностью. Его хозяйка фрау Герц покидает Берлин и получила разрешение на выезд с дочерью в Швейцарию.
— Вот как? А вы говорите, что нет ничего интересного.
— Я проверил документы через канцелярию гаулейтера Берлина и разрешение на выезд у фрау Герц действительно есть.
— Причина выезда? — спросил Лютер.
— Дочь фрау Герц больна. Нуждается в лечении и спокойной обстановке.
— Я также в этом нуждаюсь, Курбис. Половина Германии нуждается в лечении и спокойной обстановке.
— За фрау Герц ничего нет по нашему ведомству, герр Лютер.
— А что за женщина сняла особняк? Вы это выяснили, штурмфюрер?
— Да, герр Лютер. Я знаю свои обязанности и выполняю их не первый месяц.
— Не хотел вас обидеть, штурмфюрер. Итак, кто она?
— Фройлен Мария Шульце. Недавно прибыла из Варшавы.
— Кто такая?
— Фольксдойче из Польши. Из-за приближающегося фронта решила перебраться в Германию.
— И фольксдойче снимает в пригороде Берлина целый особняк? Она так богата?
— У фройлен Шульце есть жених, и он недавно получил крупное наследство. Так сообщает фрау Герц.
— Но это информация еще не проверенная?
— Я сделал запрос в канцелярию генерала-губернатора Франка. Через два-три дня мы будем иметь сведения о Марии Шульце и её женихе. Хотя, герр Лютер, ведь наш объект совсем не Шульце.
— Но фройлен Шрат посетила Шульце. В вашем отчете сказано, что она заходила в дом и пробыла там около 15 минут.
— Это так, но она приходила по объявлению о сдаче комнат внаем. Там она узнала, что в доме новая хозяйка, особняк арендован полностью. Затем она ушла. Не думаю, что между фройлен Шрат и фройлен Шульце есть хоть какая-то связь. Однако я внёс это в отчет, ибо должен фиксировать всё.
