Фон Лендорф не знал, что начальник бронетанкового училища узнал, что Гитлер не убит. Он приказал своим танкам возвратиться на базу, а людям вернуться в казармы.
Эльза снова задала свой бессмысленный вопрос:
— И что теперь будет?
Ева вышла из комнаты и спустилась вниз. Она хотела позвонить Вильке. Но делать этого не пришлось. Сам Вильке в гражданской одежде вошел в особняк.
— Ева? Как хорошо, что вы здесь. Собирайтесь.
— Но что происходит, Фридрих?
— Я расскажу вам все по дороге.
— А это правда? То, что сказали по радио?
— Все по дороге, но вам стоит сделать еще одно дело в особняке.
— Какое?
— Вы ведь помните, где находится кабинет барона фон Нейрата?
— Конечно, помню. А что такое?
— Я отвлеку всех хозяев и гостей этого дома. У меня есть, что им рассказать. Все соберутся меня послушать. Вы проникните в кабинет барона, и добудете мне его дневник.
— Но быстро этого сделать я не смогу.
— Церемониться теперь не нужно. Ломайте ящики его стола. Вот вам инструмент. Вы еще не забыли, как с этим обращаться, Ева?
— Нет. Но раньше я никогда этого не делала, Фридрих.
— Запомните, Ева, что от этого дневника зависят наши жизни…
Дорога в Берлин.
Утро. 21 июля, 1944 год.
Вильке сидел за рулем.
— Я обманула Эльзу, — сказала Ева. — Воспользовалась её доверием. А она была ко мне недобра.
— И что с того?
— Это плохой поступок. Фридрих.
— Сейчас тот дневник, что вы украли — наше спасение. А вот отцу фройлен Эльзы это уже совершенно все равно. Он все равно погиб. Хоть с дневником. Хоть без него. И вы не имеете к этому никакого отношения, Ева.
— Но я его обокрала.
— Не вы заставили его принять участие в заговоре. А для нас с вами случилось то самое чудо, которое спасло нам жизни, — сказал он.
— Штауффенберг взорвал бомбу на совмещении у фюрера?
— Именно Штауффенберг, Ева. Я угадал с исполнителем, хотя никаких доказательств у меня не было. Но только он имел доступ в штаб-квартиру на совещания у фюрера. И я сообщил об этом за несколько дней до покушения. Но они не обратили внимания на мои слова.
— И что теперь?
— Теперь нужно использовать этот факт в нашу пользу, Ева.
— Но фюрер жив?
— Да.
— Мисси говорила что-то о двойнике.
— Ночью фюрер выступил по радио перед нацией. Это его голос, Ева. Я сейчас не знаю, что там могло произойти, но всюду трубят о провидении которое спасло фюрера. А это значит, что заговор провалился. И теперь церемониться с генералами никто уже не станет. Но нам с вами нужно быть в Берлине.
— Дневник?
— В нем фон Нейрат написал много такого, что подтвердит мои слова.
— Но…
— Мы переходим на сторону фюрера, дорогая Ева. И не важно сейчас, что мы о нем думаем, но мы спасаем свои жизни. И не говорите сейчас о судьбах барона фон Нейрата, его дочери Эльзы, Герды фон Штюльпнагель.
— Герда не была участницей заговора, Фридрих.
— Зато её отец генерал Карл фон Штюльпнагель был. Про это прямо написано в дневнике фон Нейрата. И это я только бегло просмотрел его. Мы с вами сделали большое дело. Ева.
— Но почему мне так горько, Фридрих?
— Относитесь ко всему проще, Ева. Не похитив дневник, вы оставили бы наши с вами жизни под ударом. А фон Нейрата, как я уже сказал, и его окружение уже ничего не спасет. Поэтому соберитесь и готовьтесь давать показания. Мы спасали жизнь нашему фюреру. Я не хочу составить компанию фон Нейрату и другим в дороге на виселицу.
— Их повесят?
— Думаю, что повесят.
— Но барон фон Нейрат полковник и как военный…
— Он нарушил присягу, Ева. Расстрел — это почетная смерть. Фон Нейрату не дадут умереть вот так от пули. Разве он сам додумается пустить её себе в лоб…
Берлин.
Управление РСХА.
Принц-Альбрехт-штрассе.
Пятница, 21 июля, 1944 год.
Вильке вошел в кабинет Танцмана.
— Герр, бригаденфюрер! Хайль Гитлер!
— Хайль! Рад, что вы в Берлине, Вильке.
— Я, как только услышал сообщение, сразу забрал фройлен Еву и выехал в Берлин. Я оказался прав. Штауффенберг — тот, кто подложил взрывное устройство.
— Именно. Но это еще не все.
— А что случилось?
— Ваше имя прозвучало в канцелярии фюрера, Вильке.
— Что?
— Фюрер узнал о том, что вы хотели предупредить покушение.
— Фюрер? — удивился Вильке. — Откуда?
— Этого я не знаю. Но звонили из штаб-квартиры и интересовались вами, Вильке. И почти весь список заговорщиков, что мы подали рейхсфюреру — попал в самую точку!
Танцман продолжил:
— Бомбу намеревались взорвать в подземном бункере и там фюрер бы точно погиб. План у заговорщиков был отличный. Но из-за жары совещание перенесли в надземное деревянное помещение. Его стены при взрыве рассыпались, дав выход значительной энергии взрыва.
Штауффенберг поставил портфель с бомбой близко к тому месту, где стоял фюрер. Он активировал взрыватель и покинул совещание под предлогом звонка, который он должен был сделать в Берлин.
