На этом мои неприятности не закончились. Когда я вернулась после занятий в общежитие, лира Тандурия передала мне письмо от дядюшки Тревора. После смерти родителей он стал моим опекуном. С его легкой руки я отправилась в пансион с проживанием. Он же получил в распоряжение мое небольшое наследство. Часть средств ушла на оплату школы, а остальное дядюшка Тревор невыгодно вложил в ценные бумаги и в результате потерял. Впрочем, я не держала на него обиду. Никто не застрахован от неудач. Моя жизнь была не такой уж и плохой. Да, безумно не хватало родителей, но в пансионе мне повезло с учителями и подругами, а на каникулах я вольготно жила у дяди, предоставленная сама себе. И какое-то время его все устраивало. Я не требовала внимания и сама занимала свой досуг, он не трогал меня. Вот только перед моим поступлением в академию у дядюшки Тревора возникла навязчивая идея выгодно устроить мою личную жизнь. Он даже пытался отговорить меня от дальнейшего обучения. “В чем смысл пытаться получить грант, если у тебя нет денег даже на мелкие бытовые расходы?” – говорил дядюшка и был прав. Но я верила в себя. Верила, что решу все проблемы и найду деньги. А выгодно продать свое имя и совершить магический обряд по расчету мне казалось неправильным. Словно предать свое сердце.
Хотя я не осуждала тех, кто шел по этому пути. Все люди разные. Страстные и эмоциональные натуры, как Шайла, конечно же рассматривали брак только по любви. Девушки, вроде Эмбелии, надеялись отхватить себе двойной куш: любовь и выгодную сделку. А еще были такие как мой дядюшка Тревор. Они считали чувства вздором и строили отношения на взаимной выгоде. Так он когда-то женился на богатой лире вдвое старше его. У дяди имелись молодость и фамилия, что была в обществе на хорошем счету. У нее баснословное состояние. Увы, воочию увидеть их союз мне не удалось. К моменту, когда я стала приезжать к дядюшке на каникулы, тетушка уже умерла. Так что пытаясь меня выгодно пристроить, скорее всего, дядя желал мне счастья. Пусть и видел его иначе, чем я.
Я покрутила в руках конверт. Не нужно быть медиумом, чтобы догадаться о чем пишет дядя. Пятый курс. Конец обучения. Скоро я отправлюсь в свободное плавание, а значит пора снова подумать о замужестве. По крайней мере по мнению дяди. У себя в комнате я открыла письмо и оказалась права. Он хотел встретиться и поговорить о моем будущем.
– Боги, за что мне это, – простонала я и, скомкав конверт, бросила его в мусорное ведро.
– Если верить учебнику по мировым религиям, все испытания даются нам за ошибки прошлых воплощений, – хмыкнула Алана.
Из коридора послышались крики. Мы с соседкой переглянулись. Я пошла посмотреть, что там происходит. Алана за мной. Открыв дверь, я увидела собравшуюся в коридоре толпу, через которую пыталась пробиться лира Тандурия.
– А ну всем разойтись! – тщетно требовала гномка.
Но девушки только смеялись, кричали и подбадривали:
– Так ей!
– Покажи чего стоит боевой факультет!
– Ничего себе, кто-то подрался? – спросила Алана.
– Похоже на то, – растерянно ответила я.
Всполох огня отрезвил адепток, жаждущих зрелищ. Все с визгом бросились врассыпную и я увидела полыхающую огнем Шайлу, которая сцепилась с Эмбелией в один клубок. Судя по всему, во время ссоры саламандра не смогла сдержать стихию и та вырвалась наружу. Хозяйке огонь не мог причинить вреда, как и Эмбелии. Все же василиски, драконы и саламандры были невосприимчивы к этой стихии. А вот общежитие вполне могло сгореть, как и большая часть его обитателей.
Стоя в нескольких метрах от них, я чувствовала исходящий жар.
Огромный водяной шар ударился в сцепившихся в драке девушек. Раздалось шипение. Клубы пара и дыма заполонили коридор. Девушки закашлялись и наконец-то отпустили друг друга. Обе пытались отдышаться и понять, что происходит вокруг. Лира Тандурия потерла ладони.
– Ну что, остыли? – спросила она.
Вокруг образовалась копоть. Подпалилась ковровая дорожка. Стены, потолок покрывала сажа. Но желание драться у Шайлы и Эмбелии явно пропало.
– А теперь обе встали и живо к ректору! – рявкнула лира Тандурия.
Кряхтя и постанывая, девушки соскребли себя с пола.
– Мне нужно привести себя в порядок, – заявила Эмбелия.
Ее высокомерный вид смотрелся особенно комично в сочетании с одеждой. Платье и вправду выглядело ужасно. Кремового цвета ткань стала серой и висела лохмотьями. В некоторых местах появились дыры. А вот наряд Шайлы не пострадал. Она была в защитной форме боевого мага.
– Для нагоняя у ректора регалии не нужны, – фыркнула лира Тандурия.
– Но это неприлично! – воскликнула Эмбелия. – Оно вот-вот развалится на части.
– Ничего, прикроем тебя покрывалом с кушетки на первом этаже, – ехидно пообещала лира Тандурия.
Эмбелия поджала губы и промолчала. С комендантом общежития она не любезничала, а иногда даже отпускала колкие шутки за спиной, но вот так в открытую спорить решалась редко.
Под любопытные взгляды всего общежития адептки и лира Тандурия удалились.
– Ну дела, – протянула Алана. – Что они не поделили?