Майской Ночи вступал в законную силу, и древние духи леса на время вытеснили из душ христианский праздник. Поддавшись общему настроению, Эрика припустила за толпой молодежи, которая спешила оказаться первой на поляне. Она почувствовала прилив беспричинной эйфории, бешеного веселья. Такая уж сегодня была ночь — пусть же несет ее, куда сама пожелает... Вокруг зажгли смоляные факелы, время от времени слышался неистовый женский визг — это кто-то из парней, пользуясь темнотой, пугал самых робких девиц.
Скоро показалась большая утоптанная поляна, на которой уже горел высокий костер. Несколько слуг из замка возились возле огня, а неподалеку прямо на траве расположились деревенские музыканты, наигрывая быструю мелодию. Тут веселье, судя по всему, уже давно было в разгаре. На краю поляны танцевали с десяток пар, остальные расположились тесным кругом под раскидистым столетним дубом, черпая из бочки душистый эль. По традиции хозяева замка выставляли угощение для крестьян из окрестных деревенек. Эрика с удивлением заметила, что те ничуть не смутились разодетых лэрдов и дам в длинных платьях. Круг смешался, но тут музыканты опять заиграли. Музыка ударила с новой силой, кто-то из парней первым выскочил в круг...
— Нет-нет, я не танцую, — отмахнулась Эрика от какого-то настойчивого кавалера, непременно желавшего с ней потанцевать.
Ей не хотелось показывать, что она совсем не знает шотландских танцев. Со смехом вырвавшись из его крепких рук, девушка спряталась за деревом, наблюдая издали за танцующими. Ах, как жаль, что она не умеет танцевать!.. В этот момент мимо нее торжественно проплыла Мэри Мак-Фергюс, оберегая свое шикарное бархатное платье от колючек. Увидев Эрику, она даже споткнулась, ее надменное личико исказила недоуменная гримаса.
— Как... как тебе удалось выбраться? — заикаясь от злости, спросила она.
— О, меня выпустил смелый рыцарь, — ответила Эрика, с удовольствием наблюдая, как меняется в лице Мэри. — Я знаю, ты очень переживала за меня. Но я бы на твоем месте так не волновалась. — Она участливо наклонилась к кузине и шепотом добавила: — Мне говорили, что от этого нос делается длиннее.
Мэри, кажется, даже позеленела от злости. Она бессильно топнула ногой и, резко развернувшись, ринулась прочь. Эрика от души расхохоталась ей вслед. Сейчас она была готова простить Мэри даже то, что та заперла ее в комнате. То, что она наконец-то оказалась в лесу, несказанно радовало ее.
Она медленно пошла вдоль опушки, выбирая местечко поспокойнее. «А что, если вообще удрать отсюда?» — пришла ей в голову крамольная мысль. Она так давно хотела побродить по лесу одна... Вряд ли в ближайшее время у нее появится такая возможность. Тетушка со своими нравоучениями и запретами никогда не выпустит ее из замка.
Эрика не привыкла долго раздумывать над своими желаниями. Воровато оглянувшись, девушка сделала шаг назад и скрылась под сводом деревьев. Стараясь не наступить на сухую веточку или споткнуться о корень, чтобы не шуметь, она двинулась вглубь леса. Уже через несколько минут она увидела перед собой узенькую тропинку.
Вскоре веселые крики и смех остались позади и ее обступила тишина. Время от времени отстраняя рукой ветви деревьев, Эрика шла по едва заметной тропинке. Она словно оказалась одна в зачарованном лесу, окутанном майским ночным туманом. В свете полной луны все вокруг было нереальным: деревья протягивали свои ветви над тропинкой, словно сказочные чудовища, кусты бересклета казались притаившимися эльфами, наблюдавшими за ней из-под деревьев. Сова издала свой глухой крик, и Эрика невольно вздрогнула. Она верила в сказочных существ, населявших лес, и немного побаивалась их. Старая Кэтрин часто рассказывала им в детстве о коварных фейри, уводивших за собой молодых юношей и девушек. Маленький народец, обитавший среди холмов, был коварным и недружелюбным к людям. Недаром крестьяне из деревни в лунные ночи особенно крепко запирали свои дома, опасаясь, как бы остроухие эльфы не утащили дитя из колыбели, подменив его[42]. Не раз они с братьями пугались, услышав тоскливый крик на холмах, думая, что это кричит баньши. Хитрые гномы, охраняющие клады, злобные тролли, гоблины, вредные паки... Правда, стоило показать им серебряный крестик, как колдовство должно было рассеяться. На всякий случай Эрика нащупала за пазухой крестик.
Крик совы повторился, но на этот раз девушке послышалось в нем не предостережение, а одобрение. Мол, иди, не бойся... На мгновение она задумалась. Стоит ли ей продолжать путь? Говорят, эльфы любят рыжих, потому что они приносят удачу. Отец недаром называл ее маленькой фейри. Сегодня как раз Майская Ночь, время, когда маленький народец выходит плясать свои танцы при луне на лесные поляны, поросшие сладко пахнущей фиалкой и ландышем. Может быть, ей посчастливится увидеть пляску эльфов? О, это было бы чудесно! Она давно мечтала об этом, частенько убегая ночью в лес, но ни разу не видела.
Говорят, что тот, кто хоть раз наблюдал танец маленького народца, будет счастлив всю жизнь.
