В ее сердце словно что-то дрогнуло, и Эрика решилась. Будь что будет. Убрав с пути ветку ольхи, низко нависшую над тропинкой, девушка прошла чуть вперед... и не смогла сдержать восхищенного вздоха. Перед ее глазами неожиданно открылась идеально ровная маленькая полянка, поросшая молодой травой и цветами. Как раз такая, как любят эльфы, невольно подумалось ей. Легкий ночной туман низко стелился над землей, благоухала ночная фиалка...
Девушка прерывисто вздохнула и медленно опустилась на колени, любуясь этой красотой. Ощущение чего-то чудесного, что обязательно сегодня произойдет, наполнило ее душу радостным томительным предчувствием. Она прислушалась. Где-то совсем вдалеке звучала музыка: видимо, там, на большой поляне, где собралась молодежь, вовсю танцевали. Странно, но Эрика ничуть не жалела о том, что ушла. Пусть веселятся. Она не променяла бы это чудесное мгновение ни на какие шумные радости в мире. Постепенно ее окутали покой и умиротворение. Видать, это место и впрямь было волшебным. Кто знает, может, эльфы и вправду устраивают здесь свои пляски? А может, она просто спугнула их и маленькие человечки в зеленом прячутся, дожидаясь, когда она уйдет?
Ветер тихо шевелил ее волосы, она сидела, окутанная лунным светом, и ей никуда не хотелось отсюда уходить. Ветер доносил до нее звуки скрипки, музыка становилась все громче и громче, пока эти чудесные звуки полностью не захватили ее. Повинуясь внезапному порыву, девушка вскочила и стала медленно танцевать на поляне. Ее тело стало невесомым, руки двигались сами собой в стремительном движении, ноги легко ступали по свежей траве, не чувствуя ни кочек, ни ям... Скоро подол платья стал тяжелым и мокрым от росы, но она не замечала этого. Хотелось только танцевать, слушая эти дивные звуки. Ей показалось или к мелодии, доносящейся издалека, прибавилась еще одна? Она звучала все сильнее и сильнее, незаметно вплетаясь в ее танец, и Эрика, увлекаемая этой волшебной флейтой, кружилась быстрее и быстрее... Она забыла обо всем, забыла, где находится, были только эта поляна, музыка и серебристый свет луны, зовущий за собой. Время перестало существовать для нее, окружающий мир стал нереальным, расплывчатым. Ее словно звал куда-то чей-то голос, и она покорно шла вслед...
Оглушительно громкий треск сухой ветки неожиданно прозвучал в замершем лесу, резко оборвав чудесную мелодию. В мгновение ока хрупкое очарование было разрушено. Чары развеялись, как ночной туман под порывом ветра.
Девушка, словно испуганная лань, бросилась прочь с поляны.
— Постой, не убегай! — прозвучал чей-то отчаянный голос.
Пробравшись через подлесок, следом за ней на поляну выскочил человек. Сердце у Эрики колотилось так, что ей казалось, будто его стук разносится по всему замершему в испуге лесу. Она вся дрожала, как после многочасовой гонки. Что с ней произошло? Понемногу она начинала приходить в себя.
Волшебство кончилось, флейта умолкла. Теперь отчетливо было слышно, что это всего-навсего играет вдалеке скрипка да молодые голоса перекликаются по лесу. Притаившись за деревом, она осторожно выглянула и увидела мужскую фигуру на поляне. Человек, который бросился за ней, поворачивался, видимо, пытаясь понять, куда она делась. Вот луна осветила лицо мужчины, и Эрика зажала рукой рот, чтобы не издать изумленный вскрик. На поляне перед ней стоял Дик Далхаузи! Святые угодники, этот шотландец преследует ее, что ли? Откуда он здесь? Он что, видел, как она танцевала при луне? От этой мысли кровь бросилась ей в лицо. Он подглядывал за ней! Эрика уже забыла, как несколько часов назад сама искала встречи с ним, стараясь обратить на себя внимание молодого рыцаря.
Она со страхом смотрела, как он движется к ее убежищу. Движения шотландца стали мягкими, кошачьими, тело словно перетекало по поляне. Испытывая сейчас перед этим сильным молодым мужчиной какой-то животный ужас, она все же невольно залюбовалась им. Его худощавая фигура совсем не казалась тщедушной — и в широком, свободном развороте плеч, и в уверенной походке чувствовались сила и скрытая мощь. Эрика вспомнила, как невозмутимо он держал на прицеле Уильяма Дугласа, и невольно вздрогнула. При первом же взгляде на Ричарда становилось понятно, что его мускулистые руки привыкли держать тяжелый клеймор и натягивать тугой лук. Но эти же руки способны были нежно обнимать... Неужели он шел за ней, искал ее? Сердце ее забилось еще сильнее.
— Я видел тебя и знаю, что ты еще здесь! — громко закричал Дик. — Покажись, не бойся! Покажись мне, лесная фея, подари мне свой поцелуй, и я сделаю для тебя все! Хочешь, я отдам тебе свою душу? Только покажись!
