Было бы здорово отметить Рождество с любимым актёром, вот только не стоит заблуждаться - это невозможно. Даже в качестве рождественского чуда. Разве что...
========== Часть 1 ==========
На рыжих волосах девушки блестело солнце, яркие зелёные глаза лучились весёлыми искорками.
Так могло бы быть, но на самом деле её шевелюра — обычного русого цвета. Родители были уверены, что дочка пойдёт в них, и назвали её Джинджер, не дожидаясь, пока у младенца покажутся первые волосики. Крайне неосмотрительно.
— Диву даюсь, как такое возможно, — не уставала причитать миссис Уэйнсвинд, придирчиво разглядывая ничем не примечательную причёску дочери.
— Мам, я уже поседею, а ты так и будешь недоумевать, — устало отвечала каждый раз Джинджер. Когда тебе перевалило за двадцать, а тебя до сих пор попрекают тем, что ты не унаследовала родительский тип внешности, трудно относиться к своему облику положительно.
Правда, быть рыжей Джинджер не очень-то и хотела. Вот о зелёных глазах мечтала, они смотрелись бы просто неотразимо, она не сомневалась. К сожалению, это тоже было далеко от действительности. Самые непримечательные, карие, но не настолько тёмные, чтобы казаться достаточно выразительными. Поступив в университет, Джинджер начала было носить зелёные линзы, но глаза отчаянно протестовали против такого нововведения, и вскоре девушка махнула рукой на попытки усовершенствовать свой внешний вид.
Искорок в глазах тоже не наблюдалось. На носу было Рождество, любимый многими семейный праздник, но отношения с родителями у Джинджер не заладились, а друзья как раз собирались отмечать в кругу семей, так что ей, скорее всего, предстояло провести этот день в одиночестве. Ближайшая университетская подруга, Барбара, предложила Джинджер присоединиться к их семейному торжеству, но та отказалась — на тот момент она надеялась на особенную компанию. Сколь ни грустно признавать, эти надежды вскоре рухнули.
Одним словом, единственное, что соответствовало истине — солнечная погода, которая приятно удивила лондонцев в канун Рождества. Улицы были заполнены людьми, радостно снующими от витрины к витрине, в воздухе витали ароматы корицы и хвои, повсюду слышался весёлый шум и гам. Джинджер хотела бы влиться в эту толпу, но сейчас она сидела, насупившись, перед ноутбуком и строчила письмо. Пару дней назад она ещё придумывала, какой подарок можно вручить Арденту… Но он ясно дал ей понять, что ловить здесь нечего.
Джеймс Ардент был преподавателем Джинджер. После того, как она отучилась в университете на экономиста («Ты просто обязана получить образование, которое обеспечит тебе успешную карьеру!» — постоянно донимал её отец), девушка решила, что эта профессия — явно не по ней, и записалась на платные курсы для фотографов. Её действительно интересовала фотография, но преподаватель, который вёл курсы, заинтересовал не меньше. Джинджер предполагала, что разница в возрасте у них была около десяти лет: ей было двадцать два, а Ардент выглядел примерно на тридцать с небольшим, и она считала, что это — оптимальный вариант. Джеймс вёл себя так, что у Джинджер появились основания надеяться на взаимность, однако под Рождество Ардент внезапно расставил точки над «ё» не в пользу своей подопечной.
— Шарп, брысь оттуда! — окрикнула Джинджер, краем глаза заметив, как большое пушистое пятно плюхнулось на кухонный стол. Кот и ухом не повёл.
— Сэр Томас Шарп, я обращаюсь именно к вам, — повторила девушка, повысив голос. Кот, заслышав знакомое имя — Томас — лениво повернул морду к своей хозяйке. Этого огромного мейн-куна — рыжего, разумеется — подарили Джинджер родители, когда девушка решила съехать на съёмную квартиру. Они назвали его Томасом, и, хотя Джинджер считала эту кличку до жути банальной, возражения не принимались. Теперь, после выхода фильма «Багровый пик», Джинджер решила усовершенствовать имя кота, добавив к нему фамилию Шарп.
— Ты псих, Уэйнсвинд, — хохотала Барбара, услышав про идею подруги. — Помешанный на своём Хиддлстоне псих. Коты еле откликаются даже на те клички, которые им с детства даются, а ты хочешь, чтобы взрослая морда усвоила, что он отныне — сэр Шарп.
Однако Джинджер упрямства было не занимать, и она принялась упорно убеждать питомца в том, что новая версия имени идеально ему подходит. А что до Тома Хиддлстона, так она уже давно на нём не помешана, между прочим. Канули в лету те годы, когда Джинджер завешивала всю комнату постерами с изображением Локи и компании, вступала в бесконечные фан-клубы и бродила по тем районам Лондона, где, по её мнению, можно было случайно наткнуться на знаменитого актёра. Кстати, как-то раз её старания принесли свои плоды, вот только встретился Джинджер не Хиддлстон, а Бен Барнс. Она не оценила своего счастья — к Барнсу Джинджер дышала абсолютно ровно, и даже подходить за автографом не стала.
Кот, смерив хозяйку снисходительным взглядом, продолжил своё увлекательное путешествие по кухонному столу. Девушка хотела было снять его оттуда, но махнула рукой. Ничего особенного к Рождеству она готовить не стала, всё равно встречать праздник не с кем, а потенциально опасные вещи типа фарфоровых чашек или, скажем, ваз она уже давно предусмотрительно перестала держать в зоне доступа Томаса.
