Длинные волосы заплетены в косу и перекинуты через плечо, цвет было не передать словами. Но единственное, что я понял - мой любимый цвет. Да, красный. От корней просто алый, а кончик косы был черный, перевязан пучком травы. Я отошел на шаг от дверного проема и впустил это лесное чудо в дом. Парень был одет в обычные джинсы и, почти как у меня, массивные ботинки, футболку.
- О! Елисей, ты, наконец, добрался! – воскликнул старик, а я завороженно смотрел, как выражение лица парня меняется, и он с нежной улыбкой смотрит на этого старика.
- Прости, Василий, ты же знаешь, я у папы был, а больница далеко.
- Да не извиняйся ты, малец, вообще удивительно, ты же только ночью ушел, а уже вернулся, да ни суть… Вот это Федор Петрович, руководитель группы студентов, которые в твоих местах будут что-то там копать…
Я не стал перебивать старого человека, но Елисей, видимо, тактом не обладал.
- Копать? – как-то зло осведомился парень.
- Мы не будем ничего копать. – Ответил я за шокированных таким тоном взрослых. Елисей так резко повернулся ко мне, что кончик косы слетел с плеча и плавно приземлился на спину, волосы у него были действительно длинные, достигали ягодиц, и как он с такими в лесу живет-то?
- А ты кто? – дерзко скалясь, спросил он меня.
- Это Стас, мой помощник. – Примирительно отозвался Петрович. Но его не слушали, Елисей смотрел на меня, не отводя взгляда. Медовая радужка была такой обманчиво манящей, как пропасть из патоки. Пропасть, на дне которой меня ждала неминуемая смерть.
Я смело встретил его взгляд, а Елисей обманчиво мягко произнес:
- Стас… - перекатывая мое имя на языке, как лакомство, и тут же клацнул зубами. – Неприятно познакомиться.
- Не скажу, что взаимно, потому что я сюда не за знакомствами приехал, а делать исследования.
Елисей скривил губы.
- Не позволю безнаказанно делать лесу больно. – Прошипел он.
- Тайм-аут, мальчики! – улыбаясь, остановил нас Петрович. – Простите, молодой человек, Вы теперь за лесничего, так?
- Именно так. – Поворачиваясь к Петровичу, ответил парень. А я смотрел, как в свете из окна его коса переливается всеми оттенками красного. Это было завораживающее зрелище.
Я обожаю красный цвет, он не напоминает мне о крови, я ассоциирую его, скорее, с закатом и яблоками. И мне вдруг показалось, что в маленькой комнатке запахло именно осенью и яблоками.
- Тогда мы с ребятами полностью доверяем Вам наши жизни! – пафосно проскандировал Петрович.
Я улыбнулся, но улыбка тут же сползла с моих губ. Я получил почти яростный взгляд медовых глаз.
Бывает так, что люди сталкиваются и с первой же минуты ненавидят друг друга. Неважно за что, иногда эта причина так глупа – лидерство или же соперничество.
Ненависть.
Почему же я так не понравился тебе?
- Потому что не люблю таких, как ты. – Тихо ответил он мне, проходя мимо. За своими мечтаниями я даже прослушал разговор.
– Я буду ждать вас у опушки через полчаса, мне в магазин нужно.
И что он имел в виду?
- Хорошо, Елисей. – Отозвался Федор Петрович. Как только лесничий вышел, он обернулся ко мне и как-то странно посмотрел. – Стас, ты чего? Мы ж с тобой прекрасно знаем, как к нам относятся местные жители, ну, да, его реакция немного отличается, Елисей походу лично к тебе не прикипел, но за недельку наладишь отношения, я уверен.
- А зачем мне с ним налаживать отношения, Петрович? – спросил я недоуменно, мы уже вышли из домика и направлялись к ребятам, которые разлеглись на своих вещах неподалеку.
- Видел бы ты свое лицо… - как-то мечтательно прошептал он мне. – Эх, молодежь, всему-то вас учить надо, подталкивать… - а потом, без перехода, как гаркнет. – Подъем, товарищи студенты, мы идем затариваться в магазин, а потом лесными тропами на место стоянки!
Я вздохнул и прочистил ухо.
В магазин пошли не все, только я, Генка и Зина. Самые ответственные, как сказал Петрович. Насчет нас с Зиной я не сомневался, но вот Генка был по шкале ответственности в далеком минусе.
Магазин меня удивил. Он был маленький, но имел систему самообслуживания, на полочках вдоль стены стояли продукты первой необходимости, а на стеллаже по центру магазина - бутылки все той же первой необходимости с одной стороны и банки с другой.
Генка вбежал в магазин и с восторгом выкрикнул:
- Бухло!
Зина прыснула.
- Гена, потише.
Генка ничуть не стушевался, а начал разглядывать этикетки бутылок.
- Стас, возьмем? – с щенячьими глазами обернулся он ко мне.
- Так вот зачем ты пошел с нами.
- Ну да, Женька сказал, что с моей мордахой нельзя заподозрить во мне алкоголика.
- Гена! – укоризненно покачала головой Зина.
Я вздохнул.
- Ладно, берите, только я вас умоляю, не при Петровиче пейте эту отраву.
Я оставил Генку и Зину разбираться с бутылками и обошел стеллаж. Конечно, мы все основное взяли с собой, но нас слишком много, и все наверняка быстро кончится, да и в магазин не набегаешься.
Я снова пребывал в каком-то анабиозе, водил взглядом по ровным рядам банок и совершенно не мог понять, на что смотрю.
Тонкий палец ткнул в одну из консервов прямо передо мной.
