С чего начинается Деликатес полностью

Как назло, небо затянуло тучами и посыпал на камни въедливый мелкий дождь, добавил тоски. Баба лежала в своей палате и слушала стук стекающих из дыры в стене капель. Кап, кап, кап… Так капала вода, сбегая с крыши в её хате на Коньей Горке. Только лежала она там не на соломенной подстилке, а на простыне в своей жёсткой кровати, и на столе её стояла крынка молока. В такие ночи она вставала, зажигала свечу и садилась за огромный стол посреди комнаты, смотрела на огонь и пила молоко. Как давно не пила она молока!

«Тятя-тятя! Что ж вы наделали со мной! Лучше б в младенчестве запороли до смерти! Велели вы мне стать ловцом коней, а вышла у меня вон какая карьера! От бабы-ловца до непонятного существа без роду, без племени. Не человек, не баба, не дракон, не дракониха. «Не мышонок, не лягушка, а неведома зверюшка», недоящерица, и за каждый неверный шаг той зверушки, внутри которой ветер, вот уж сколько времени смерть полагается. Может, проще не идти вовсе на Совет, а сбежать прям сейчас? — думала Баба. — Как я буду клятву принимать, где берусь служить чужому мне народу, неизвестному, нелюбимому? А если война? Буду я воевать против людей? Против сынов моих непутёвых? Нет, не хочу! Лучше в лесах диких скитаться, отшельничать, чем такое! Я этим драконам и так всё, что могла, отдала. Не просила я их меня Драконом делать! Снасильничали… Я баба-ловец, а никакой не Дракон!»

Собрала Баба свои нехитрые пожитки в узелок. Припасённые сушёные ягоды ей теперь в самый раз, пока по голым горам будет спускаться. Заставил Сейл её фигуру держать, а она заодно и силу набрала. Надолго хватит! Управится, не вперво?й. Вышла из пещеры, умылась водой студёной из ручья и начала спускаться по скользким от воды камням, которые давно для цели побега приметила. Всего и идти-то до расщелины вниз, потом вдоль неё прочь из Больничной долины, потом известным ей путём, держа цель на горную вершину, а там, у людей, в леса, скитаться…

— Ты же знаешь, что я должен тебя убить, если теперь откажешься, — окликнул её сзади голос.

В темени различала она лишь силуэт с двумя головами и четыре жёлтых глаза, которые в темноте жутко отливали краснотой.

«Принесла ж тебя нелёгкая!» — подумала Баба.

«Куда ж тебя нелёгкая несёт?» — подумал Дракон.

— Наверное, так проще будет. Всем, — откликнулась Баба. — Я не могу быть никем. Я не умею летать, не могу салютовать хвостом, читать мысли, нести яйца. У меня кожа на ветру, а не чешуя под солнцем. Я не дракон, не хочу служить чужому народу! Убей!

— Я тоже не хочу быть никем, — вдруг сказала ей безымянная голова Дракона. — Но я есть. Если ты сейчас сбежишь, то бросишь и свой народ, и драконий народ. Ты одна из первопричин, с тебя начались перемены в больших мирах. Если ты сбежишь, то ты и не человек — ты трусливый кот, который нагадил в оба мира и дёру. Если ты сейчас сбежишь, то Сейлу тоже не жить. Если он тебя убьёт за побег… — она осеклась и замолчала.

— Если он меня убьёт за побег, то будет сто раз прав, потому что…

Баба не договорила. Получив хвостом затрещину, она рухнула как подкошенная.

— Что думаешь? — спросил Самый Великий Правитель людей у Главного по Международным отношениям, когда тот прочёл сообщение от Драконов с предложением срочной встречи в верхах по трём вопросам: «Ситуация с мигрантами. Блокада транзитных полётов. Остановка торговых отношений».

Этого Главного Правитель совсем не хотел пленять и менять, потому что дипломатия — наука тонкая, и сам он был к такой науке не приучен. Кому что можно сказать? На какой вопрос отвечать, а от какого уйти? Что можно писать в официальной бумаге, а что говорить только словами и лучше на ушко? Когда и для чего ручку или листок уронить? Почему ботинком по столу стучать не стоит? Всё это «кружево» для Главного по Международным отношениям было годами отточенным ремеслом, а для Самого Великого — чёрным ящиком непонятной конструкции. Он привык кромсать и продавливать.

— Думаю, что Драконы хитрые и умные. На разведку едут, чтобы понять, что у Вас, Самый Великий, в планах, — ответил Главный уверенно.

— А не объявят ли войну?

— Не объявят пока, — ответил дипломат.

— Пока? Это сколько, «пока»? — уточнил Правитель.

— Неизвестно. В донесениях пишут, что армию они готовят. Драконы не любят войны.