С чего начинается Деликатес полностью

— Вот ещё! Почему это вам можно, а нам нельзя гадость всякую жрать? У вас рыба такая есть, фуга. Вы же её жрёте? Дрожите, но покупаете за сумасшедшие деньги и потом, пальцы скрестив, гадаете: помру, не помру. А мы чем хуже? Драконам тоже острых ощущений хочется — нервишки пощекотать!

Баба не удержалась, засмеялась, представив себе, как Дракон с осторожностью бабу жрёт, а сам пальцы крестит. Забавно. Если, конечно, это какая-то другая баба, а не она сама…

Дракон корявой лапой неловко поднял сук с земли, воткнул в щель меж камней.

— Отойди от греха, — велел Бабе.

Баба попятилась в лес, огляделась. Может, бежать, пока суть да дело? Нет, в таком лесу погибнешь быстрее, чем в драконьей пасти, особливо с плохими ногами. А раз он здесь, у порога своего, её жизни не лишил, значит, что-то другое задумал, кроме свежего бабьего мяса прямо сейчас.

Дракон принялся перетаптываться с лапы на лапу, кряхтеть, сопеть так смешно, что Баба не выдержала и расхохоталась в голос.

— Да заткнись ты уже! — рыкнул Дракон. — Я ж для тебя стараюсь, факел тебе сделать хочу, чтобы светить.

— А пляшешь зачем?

— Раскачиваюсь. Нам, чтобы огонь метать, злиться надо: в злобе наш огонь, а я устал с вами, дохлым и полудохлой, возиться, и сонный совсем. Уснул бы прямо здесь, если бы жрать не хотел.

Баба пуще прежнего расхохоталась от такой его ругани. Что поделать — бывает так, когда плакать надо, а ты хохочешь и напеваешь нетленное «на танцующих утят быть похожими хотят».

— Дура. Деликатес, одно слово! На одни глупости, хиханьки да хаханьки вы и годны! — Дракон разозлился, наконец, и выдохнул огнём на сухую ветку, которая тут же схватилась пламенем и весело затрещала.

Получилось! Баба лихо подхватила ветку и первой шагнула в пещеру, обдаваемая ласковым теплом. За ней по узким извилистым коридорам еле-еле протискивался Дракон. Коня он почему-то оставил снаружи.

— Зачем тебе такой узкий, неудобный вход? — спросила Баба, и вопрос её гулким эхом отскочил от стен.

— Когда-то я был намного стройнее и выбрал эту пещеру потому, что лабиринты защищают и от ветра, и от холода.

— Выбрал? Вам, выходит, пещеры, как квартиры, выдают? — удивилась Баба.

— Как-то так. Это многопещерная гора, в ней лет сто уже живут драконы. Мне повезло: был в команде искателей; когда жилище выбирали, в числе первых мог взять себе, что захочу. Бонус такой.

Баба всегда думала, что драконы живут в одиночку, а оказалось — ТСЖ фактически…

— Ой, — вырвалось у Бабы, когда за поворотом она увидела залу с высоким сводом, освещённую лунным светом откуда-то сбоку, сквозь окно во Вселенную, полную звёзд.

— Брось ветку в камин, пусть разгорится, а то у меня сил не хватит снова поджигать, — буркнул Дракон.

Она ожидала увидеть всё, что угодно, но никак не каминный зал. Без канделябров и изысков, конечно, но вполне приличный. Рядом с полным толстых брёвен камином стояло нечто каменное, напоминающее огромный трон, и несколько плоских камешков поменьше.

— Ничего себе у тебя апартаменты! Совсем не шалаш. Тут прямо жить можно! — сказала Баба, усевшись на холодный трон. — Разве что сыростью попахивает и ещё какой-то дрянью. А табуретки-то тебе зачем? Вроде, таким, как ты, они не по размеру…

— А то! Я ж тебе говорил, домой лечу, а ты не верила. Вонь меня не беспокоит: она моя, родная, эксклюзивная. Считай, что это ароматизатор такой. Табуретки — для гостей, а они тут разного рода и племени бывают. Значит, правила у меня такие: спать будешь на подстилке у камина. В доме не гадить, у дома тоже. Мы в ущелье за этим летаем, а ты просто отойди с дорожки подальше. Аккуратнее: тут везде змеюки, не наступи, они не любят, когда их топчут, и если ужалят, то я на тебя все запасы живой воды изведу. Ты её, кстати, прихлёбывай иногда, чтобы восстановиться поскорее. Вода чистая, обычная течёт на кухне по задней стене.

— На кухне? — изумилась Баба.

— Да. Прямо и налево кухня у меня. Да куда потащилась-то? Вот баба есть баба — услышала про кухню, и сразу тебя туда несёт! Дослушай, непутёвая, — рыкнул Дракон на Бабу, которая схватила горящую ветку и похромала кухню смотреть.

Но Баба была уже там. Бабу так просто от кухни не отвадить: там место её силы, и Дракону пришлось идти за ней, чтобы продолжить разговор. Очага на кухне не нашлось, лишь огроменный плоский камень посреди пещеры, водопровод в виде сталактита и дырища в стене, в которую тоже лился лунный свет. Баба ощупала камень-стол — гладкий, умылась от конского пота, выглянула в дыру и отпрянула: отвесная стена шла вниз, в чёрную пропасть без дна.

— Это типа мусоропровода. Кости кидать, — пояснил Дракон.

— А прикрыть её можно чем-то, а то сифонит из неё?

— Слушай, ты только вошла в дом, а уже нагло порядки свои наводишь!

— Так я же в гостях, правда? Гостеприимство и всё такое… Не жрать же ты меня будешь на этом столе? — снова пристала Баба.