— Ты что, мать, делаешь? — притворно возмутился он. — Весь дом знает, что Сухаг твоя любимица, но я-то не хочу, чтобы ее вконец избаловали!
Дханванти охотно вступила в игру.
— У меня невестка — одна на миллион, сынок. Такую ни муж, ни свекровь не избалуют. Что ей серебро, что золото — она сама сияет, как алмаз. Она и без украшений всех красивей и лучше будет!
Банварилал приподнялся, опершись на локоть, с гордостью посмотрел на мать и объявил:
— Будет сделано, мама. Что пожелаешь, скажи — и будет сделано. Кто же тебя ослушаться посмеет?
— Сынок мой, — обрадовалась Дханванти. — Когда есть у матери такой сын, как ты, да еще и невестка ему под стать, ей и царство не нужно, она и без того царица!
Дханванти наклонилась над лежащим сыном и зашептала:
— Но эти серьги мне нужны для жены Сардарилала.
Банварилал выжидательно смотрел на мать.
— Понимаешь, в тот день, когда Средняя мне новость сообщила, мне очень понравилось, как она вела себя. Она была такая веселая, так радовалась за Старшую. Потом вдруг, непонятно с чего, на ней как черти поехали. Вскипела, запылала, ее просто трясти от злости начало. Что мне было делать, сын? Ее ведь не поймешь. И меры она ни в чем не знает. Когда она с тобой по-хорошему, лучше ее не найдешь, а разозлится — убить может. Нравится ей человек, она ради него все отдаст, ничего не пожалеет, не нравится — кого хочешь оговорит, хоть бы и семью собственную…
Дханванти опустила глаза.
— Что я тебе скажу, Банварилал? Мне и слов этих не выговорить…
Она помолчала. Банварилал ждал.
— Плохо она говорит о твоем брате. Ругает его почем зря. Я хочу у тебя узнать, сын… Твой брат во всем здоров? И с кем он дружбу водит?
Банварилал отвернулся, чтобы не встречаться взглядом с глазами матери. Он долго откашливался, прежде чем ответить на ее вопрос.
— Здоров Сардари, мама. Никакого скрытого порока нет в нем. А вот она у нас такая… такая… обыкновенному мужчине с ней не совладать.
Дханванти долго молчала.
— Люди болтают про наших невесток, — снова заговорила она. — Сплетничают… слухи ходят всякие… Ты как считаешь, сын, есть в этом хоть доля правды?
— Кто знает, где правда, где ложь… Это одному богу известно, мама… А вот жена Сардарилала плохо ведет себя.
— Сын! — У Дханванти перехватило дыхание.
— Ты знаешь Нихала? Тетки Икбал сына? Полно народу, а он орет из своей лавки: если этот парень из Бенареса еще с вашей невесткой, привет ему передавай, от Нихала, мол, привет!
Дханванти не дослушала — зажала уши.
— Нет-нет, Банварилал! Неправда это, оговоры. Слово тебе даю, сколько я живу здесь, ни разу ни один чужой мужчина в дом не зашел!
Банварилал хмуро смотрел в потолок, явно не решаясь продолжить разговор, но потом все-таки сказал:
— Обманывать есть много способов…
Дханванти побелела и, едва двигая губами, спросила:
— Ты сам, сынок, что думаешь? В доме вечно полно народу, все у всех на глазах… Можно всех перехитрить?
Банварилал со вздохом поерошил волосы надо лбом:
— Что сказать тебе, мама? Много есть вещей, которых тебе не понять. Но если уж по правде говорить — затоптана честь нашей семьи.
Он захрустел пальцами.
— Видишь, мама, — осторожно приступил Банварилал к делу, — из-за средней невестки за нашим домом в сто глаз глядят. Это очень плохо. Уговорить бы ее без скандала, пусть она у своей матери месяца три погостит, а?
Дханванти вспомнилось лицо Бало, матери Митро.
— Непутевая у нее мать, — вздохнула она. — Вокруг нее кто только не крутится. Видно, суждено нам было такую женщину в родню заполучить, Банварилал. Если б не судьба, дошли бы и до меня слухи, что они за люди, мамаша с дочкой. А с судьбой не поспоришь, нет…
— Мама! — донесся с веранды голос Сухагванти. — Вы здесь, мама? Я хотела спросить, ставить мне молоко на простоквашу?
— Ставь, невестка! — безразлично отозвалась свекровь.
Провожая взглядом удалявшуюся Сухаг, Дханванти сказала:
— Что нам на долю выпало, сын, то и снесем. А вот невестку тревожить не нужно… Да, а где Сардари пропадает целый день, а?
— Счетные книги приводит в порядок. Раньше вечера вряд ли появится.
Дханванти тяжело поднялась на ноги, шагнула было прочь, но снова повернулась к сыну:
— А с Гульзарилалом ты случайно не виделся?
— Оставь его, мама, — усмехнулся Банварилал, — сейчас там теща с ног сбилась, не знает, куда его усадить, чем угостить. Денек-другой, и опомнится твой любимчик.
Дханванти вышла на веранду, огляделась по сторонам. Дверь в комнату средней невестки была плотно прикрыта. Свекровь медленно подошла к двери, поскреблась и позвала:
— Сумитрованти, ты что это сегодня так рано спать пошла?
— Сумитрованти, Сумитрованти! — передразнила Митро из-за двери. — Ну? Что случилось? Лечь пораньше и то не дадут! Можно подумать, Митро — жемчужина у всех на виду, не приглядишь, тут же украдут, дом ограбят.
Что только в голову Дханванти не пришло, пока Митро возилась с замком! Даже сердце закололо. Сардари нет дома, так вдруг невестка не одна!
Упала дверная цепочка, отворилась дверь, и Дханванти увидела удивленные карие глаза Митро.