Хэмильтон начал смеяться, крича о том, что я произнес ругательство, но, похоже, Папу он успел достать и ему приказали заткнуться, а не то...
Хэм прожигал меня взглядом, но я это просто проигнорировал.
Маму, всё же, сильно обеспокоила моя неподходящая манера сна.
— Карлинг, почему ты не одеваешь пижаму когда спишь?! — потребовала ответа женщина.
— Потому что я не хочу одевать ее, — был простой ответ.
— Но нужно спать в пижамах!
Я глупо улыбнулся ей.
— Да? Ты носишь пижаму? — спросил я, уже зная, что ответом будет отчетливое НЕТ! Мама предпочитала носить маленькую и короткую ночнушку, хоть я и подозревал, что скорее её предпочитал папа. При росте в 177 сантиметров мама была худой и длинноногой красавицей. Она набрала всего фунтов пять с момента их свадьбы и это после троих детей! Мать была элегантной и хорошо выглядящей женщиной, к тому же везучей, в папе было 185 сантиметров роста, так что она могла надевать каблуки и не быть выше его. В будущем её бы назвали МИЛФой или тигрицей, но тогда такие как она просто именовались "горячими мамками".
Когда маму заставали врасплох, она всегда краснела, — Нуууу...
— Правда? Думаю знаю, что это значит, — я указал большим пальцем в папу, который сейчас улыбался, — Как насчет папы? Он носит пижаму?
Я и на это знал ответ. Он спал в трусах и майке, ну, по крайней мере пока в кровать не залезала мама. Не смотря на весь холод матери по отношению меня и Хэма, к папе она не остыла. Любовь была жива и давала об этом знать чуть ли не каждую ночь.
Мама снова покраснела.
Я посмотрел на Сьюзи и улыбнулся.
— Надеюсь, пижамная полиция меня не найдет! Пссс, не нужны лишние пижамы, а? — на ней они бы висели будто одежда из магазинов для больших людей.
— Фу! Ты же их носил!
— Да, наверняка в них полно моих вшей! — сказал я, папа хихикнул.
Она показала мне язык, я ответил тем же, Маме и это не понравилось. Хэмильтон снова начал ныть, но папа еще раз заткнул его. Мне стало интересно. В первый раз у брата были небольшие проблемы с головой, в этот раз ничего не изменилось и не знаю сколько я готов это терпеть.
В тот понедельник я шлялся по библиотеке после школы, в ожидании назначенного для приезда родителей времени. Она всегда была открыта допоздна для студентов, что делают там домашнее задание. В четыре я встретил родителей в лобби и мы пошли в офис, где нас уже ждали Миссис Бэккли и Мистер Баттерфилд, а также, вроде бы незнакомая мне женщина.
Баттерфилд указал на меня и спросил Миссис Бэкккли.
— Вы об этом студенте говорили? О нем? — у меня на душе стало тепло и не определенно.
— Почему бы нам всем не присесть, — ответила она и повела всех в учительскую, мы расселись вокруг стола.
— Вы в ответе за это, — гадко ответил он, — Сам я думаю, что это всё ошибка.
Родители ничего не понимали, но злились все сильнее и сильнее. Миссия Бэккли взяла слово. Обернувшись ко мне, она спросила:
— Ты объяснял свой план родителям?
— Нет, просто сказал, что дело связано с дополнительными занятиями. И всё.
Она кивнула и повернулась к предкам.
— Начнем с самого начала. На прошлой неделе, Карл подошел ко мне и спросил, может ли он пройти оба курса алгебры за этот год. Когда я спросила зачем ему это, он ответил, что в следующем году хочет взять геометрию, которая является предметом из старшей школы. Потому я позвала сюда Мисси Роджерс из старшей школы Тоусона. Она учитель математики.
Миссис Роджерс поздоровалась с моими родителями.
Это всё звучало очень странно для них. Они попытались расспросить меня, что я задумал, но лишь перебивали друг друга. Наконец-то Миссис Бэккли остановила их.
— Дайте мне закончить. Моя первая реакция была такой же, как и у вас. Безумная идея, но я поговорила с Карлом и он был настроен серьезно. Мы заключили сделку. Я дам ему тест, который у всех остальных будет через два месяца. Один шанс. Либо он сдает и я смотрю, что могу сделать, либо не сдает и забывает об этой идее.
Она глубоко вдохнула, родители все смотрели на нас.
— Он получил 97. Половину материала мы даже не проходили. Думаю, что могла бы дать ему финальный тест с конца года и он всё равно бы справился. Похоже... он одаренный в плане математики.
Наконец-то мать посмотрела на меня взглядом, в котором было нечто напоминающее гордость. У меня это вызвало отвращение. Она будет довольна мной, только если я гений? Как я и говорил. Хороший человек, но отвратный родитель.
Отец с интересом глянул на меня.
— Так в чем твой интерес? Хочешь пропустить класс? Пойти в старшую школу в следующем году?
Я ждал этого вопроса и закачал головой.
— Нет. Если вы думаете, что у меня были проблемы с задирами в этом году, то подождите пока я в тринадцать лет попаду в старшую школу и стану самым маленьким парнем во всем заведении. Нет, я хочу сэкономить время на математике. Если в следующем году смогу начать геометрию, то в старшей школе мне удастся взять что-нибудь еще пораньше, — я назвал парочку предметов, в которых был заинтересован.
— Так что произойдет когда ты их закончишь? Выпустишься раньше?
Я пожал плечами.
— Еще не знаю, но такая вероятность есть..
