— Думаю, у тебя и так вышло бы не очень, — хихикнула она.
— Нет. Итак, вот моя идея. Почему бы нам не вернуться в Мэриленд и не снять квартиру на год? Я мог бы показать тебе кой-какие сельские райончики, и, если тебе там понравится, я построю тебе дом. Как звучит?
Она чуть выпучила глаза:
— Ты построишь дом?
— Ну, не лично. Я найду инженера или архитектора, который построит дом, — она просто недоверчиво смотрела, — Так какой бы ты хотела дом? Начинай думать об этом.
— Я даже никогда не думала о постройке дома. Что мне делать?
Я пожал плечами.
— В следующий раз, когда будешь в супермаркете, купи одну из тех книг по домашнему дизайну и пролистай её. Придумай пару идей. В любом случае, до весны этого точно не случится.
— Ого!
После обеда мы поехали домой. Я уже был способен двигаться достаточно хорошо, чтобы это не причиняло вреда, хотя больших прогулок или поездок пока избегал. Я также обнаружил, что если носить на моём колене тугую повязку, то это стабильно фиксирует его в нужном положении.
По дороге домой Чарли заснул, и Мэрилин положила его в кроватку. Она нашла меня стоящим перед зеркалом и глядящим на своё отражение – всё ещё в форме и с Бронзовой Звездой на груди. Это было странное чувство; вот я сниму это – и больше никогда не надену вновь. Мэрилин подошла ко мне сзади и обхватила руками:
— Я не думаю, что когда-либо говорила тебе, как ты красив в своей форме.
— Тогда, думаю, ты ослепла, — рассмеялся я, — Никто никогда не использовал моё имя и слово «красив» в одном предложении.
— Это правда, — проворковала она мне на ухо. — Иначе почему, когда мы поженились и я увидела, как ты стоишь в своей вечерней форме, моя киска стала настолько влажной, что я боялась, как бы на платье не осталось пятна? — она положила руку мне ниже пояса и начала тереть мой пах. — Я всегда становлюсь такой жаркой, когда вижу, какой ты красивый!
У меня во рту стало сухо, а в штанах – туго! Она продолжала шептать мне и сказала:
— Эта медаль значит, что ты официально герой, так что, думаю, тебе нужно воздать достойные героя почести, как думаешь?
Я лишь кивнул и выдавил хриплое:
— Ага!
Она лизнула мне ухо, а затем опустилась на колени. Я повернулся к ней лицом, а Мэрилин стянула с меня штаны и опустила трусы до колен. Затем она открыла рот – и вот я уже был внутри, пока она использовала руки, чтобы гладить и массировать мой ствол.
— О, Господи, не останавливайся! — умолял я.
Но она и не думала останавливаться! Мэрилин продолжала сосать и наглаживать меня, пока я не разрядился ей прямо в рот. Она выдоила меня досуха, а затем улыбнулась.
— Думаю, это хорошее начало, не так ли?
— Начало? — спросил я, откидываясь к шкафу спиной и перенося вес с больного колена.
— Ну, я считаю, почести для героев должны быть и впрямь геройскими! Почему бы тебе не снять свою форму, пока я не переоденусь во что-нибудь более удобное и не покажу тебе, что я имею в виду?
— Ээ, ага, ладно!
«Это уж точно, милая! Всё, что пожелаешь!»
Я закончил раздеваться и надел шорты и гавайскую рубашку в стиле коммандо. И заглянул в ванную как раз в тот момент, когда Мэрилин принимала душ.
— Хочешь выпить чегоо-нибудь? — спросил я.
— Джин-тоник подойдёт?
— Отлично.
Оставив трость в спальне, я похромал на кухню, где находился наш неофициальный «винный погребок». Отрезал ломтик лайма и достал тоник, а затем приготовил пару крепких напитков. Я осторожно понёс их обратно в спальню по коридору.
— И куда тебе его поставить?
— Сюда, на край раковины, — ответила она.
Я шагнул в ванную, но она всё ещё была в душе.
— А ну кыш! Иди в гостиную. Я скоро буду, — сказала она.
Я направился в гостиную и откинулся в мягком кресле от La-Z-Boy. Потягивая свой джин-тоник, я ждал, когда же покажется моя жена.
«Господи, — просил я, — пусть Чарли спит долго-долго!»
Я уже закончил напиток, когда Мэрилин вошла.
Ожидание стоило того. Мэрилин вошла в преступно короткой джинсовой юбке со множеством пуговиц (в основном расстёгнутых), и топике, который был едва больше бикини. Также на ней были очень милые туфли на высоком каблуке. Она неспешно подошла и поставила свой пустой стакан.
— Повторим? — наклонившись, она взяла и мой стакан и блеснула его краешком.
Она медленно направилась к кухне, усиленно виляя бёдрами. Я вскарабкался на ноги и последовал за ней, чтобы поглядеть. Она улыбнулась и сказала:
— Не волнуйся, я всё сделаю, — так что я привалился к двери и дал ей сделать всё самой.
Это было произведение искусства! В какой-то момент она провела кубиком льда по горлу и груди.
— Тут так жарко! а пожаловалась она, а затем она уронила кубик на пол.
Чтобы поднять его, она повернулась ко мне задом, расставила ноги и низко наклонилась. Должно быть, в ванной она успела побриться! Когда она закончила с напитками, она сказала мне идти обратно и присесть, пока принесёт их.
Как только я сел в кресло, Мэрилин забралась ко мне на колени и свесила ноги на бок, полностью обнажая свою свежевыбритую киску. Она секунду потягивала свой напиток, но затем обхватила меня руками и начала лизать и покусывать мою шею.
