Джексон удивился. Он не был на ранчо семь лет и не горел желанием возвращаться в это черное место, где его сделали извращенцем. В то же время, взглянув на Лисс, Майкл вдруг понял, что хотела найти там девушка – их совместные воспоминания. Мужчина поупирался, но в итоге, это было не самым неисполнимым желанием. По крайней мере, Лисс не стала нажимать на его болевые точки и оголившиеся до предела нервы. За неделю до свадьбы они улетели в Лос-Анджелес и посетили ранчо. Девушка, впервые видевшая его великолепие в живую, смотрела на все с открытым ртом. Конечно, оно выглядело не как во времена своего рассвета. За Неверлэндом никто практически не следил, трава выросла, большой сад с циферблатом потерял свою ухоженность и лоск. Дом украшали большие часы с башней, сады и дорожки с множеством скульптур очаровывали даже теперь.
- В этой беседке мы с тобой прятались от детей во время игр и целовались, - улыбнулся вдруг Майкл, - показывая на плетеную деревянную веранду, захваченную разросшимися лианами.
Лисс не помнила ничего, однако рассказы Джексона словно приобщали ее к этом прошлой жизни. Пара вошла в дом, и девушка замерла. Здесь было много темного дерева с резьбой, белые или кирпичные стены. В коридоре у лестницы наверх Майкл замер. Он помнил, как спускался в одном халате на голое тело для досмотра и заметно напрягся. Лисс взяла его за руку и поспешила увести в другую комнату. В столовой могло вместиться человек тридцать, не меньше.
- Мы всегда обедали там, - Джексон указал на круглый стол возле окна с деревянными стульями, он потянул ее дальше, показывая огромную кухню с островом, несколькими духовками и выходом в сад, - а здесь ты творила чудеса.
Гостиная показалась девушке более светой, чем остальной дом, здесь были покрытые цветами диваны и кресла, окна вытягивали кремовые шторы. Джексон тяжело вздохнул, останавливаясь посреди комнаты. Стул его позора тоже до сих пор был здесь, стоял, задвинутый за стол. Мужчина уже сам потянул невесту наверх и открыл дверь в их спальню. Она разительно отличалась от остального дома. Мебель здесь была такого же темного дерева, но более современная, большая кровать со столбиками, зеркало в полный рост. Лисс сразу поняла, где ее сторона для сна. Майкл зеркала не любил. Она села на край кровати, и в воздух поднялось облачко пыли. Джексон глядел на кресло в углу комнаты, в котором проводил много времени, забравшись в него с ногами, не в силах справиться с потерей жены. Он на негнущихся ногах подошел к нему и опустился.
- Плохие воспоминания?
- Отвратительные. На этом месте я пытался свыкнуться с мыслью, что не увижу тебя ближайшие двадцать лет. Не смогу поцеловать, не почувствую твоей поддержки…
Майкл крепко сжал длинными пальцами подлокотники. Лисс поднялась и подошла к нему, позволяя себя обнять.
- Я здесь, - прошептала она, - и я никуда не уйду.
Мужчина поднял на невесту полные страдания глаза, и девушка почувствовала, как он дрожит. Его нервировал Неверлэнд, он напоминал ему о судебных процессах и одиночестве, о чувстве беспомощности и разрывавшей душу тоске. Лисс коснулась его подбородка со следами щетины и приподняла его, Майкл прикрыл глаза, в уголке глаз появились слезы. И она просто не смогла их проигнорировать, поцеловала, убирая следы грусти и устроилась у Джексона на коленях, еще крепче его обнимая. Мужчина сам нашел ее губы и впился в них. Он провел пальцами по ее шее и зафиксировал подбородок, не давая Лисс прервать голодный поцелуй. Сколько он так ее не целовал? Месяц? Майкл даже постанывал от близости ее теплого тела, от вкуса ее податливых мягких губ. Мужчина кое-как поднялся с Лисс на ноги, не желая отрываться от нее, и понес девушку к постели, роняя их и подминая ее под себя. Она путалась пальцами в его кудрях, позволяя целовать себя в шею и за ухо. Майкл приподнял ее юбку и сжал бедро, высвободил руку и залез под блузку, корябая кожу. Он вдавливал невесту в постель, тяжело дыша, не желая прерывать этот волшебный момент.
- МДжей… пожалуйста, остановись…
Она пискнула, потому что Джексон вдруг со злостью ударил кулаком прямо у нее над головой и даже щелкнул зубами. Когда Лисс увидела его взгляд, она похолодела, Майкл смотрел на нее припухшими глазами загнанного зверя. Мужчина выпустил ее из своих объятиях, быстро встал и скрылся в ванной, хлопнув за собой дверью. Вскоре Лисс услышала звук воды. Пока Майкл принимал душ, она утирала слезы. Ей самой было невероятно больно видеть его страдания. Но оставалась всего неделя. Джексон вышел уже одетый, с мокрыми волосами, относительно спокойный. Он глянул на Лисс и виновато опустил глаза. Лисс пришлось подойти к нему, но он не дал ей встать слишком близко.
- Не думай, что я смертельно испугалась.
- Лисс, я был на грани! Да еще и здесь, в нашей спальне, где мы жили девять лет! Я почти поверил, что сейчас… - он покачал головой. – Чувствую себя уродом.
Девушка вдруг зарядила ему пощечину, заставив отступить.
- Еще раз ты назовешь свое желание спать со мной такими словами, и я от тебя уйду!
