– Не к спеху. Вы не могли бы раскурить мне сигарету?
Я взял у него пачку, раскурил сигарету и передал ему. Езда по такой дороге на третьей скорости требовала от него полной сосредоточенности.
– Вы сами никогда не курили? – спросил он.
– Пробовал, еще мальчишкой. А в разведке это не слишком поощрялось. Допрашивающий не должен иметь привычек, влияющих на его психическое состояние. Во всяком случае, с ними следует бороться.
Он с улыбкой покосился на меня.
– Ну да, вы же у нас профессионал, верно? – Потом помолчал и спросил уже серьезно: – Но как вы стали телохранителем?
– В разведке НАТО мне поручили сформировать небольшую группу телохранителей. А я уже тогда интересовался пистолетами и всем тому подобным...
– И много было покушений?
– Больше всего хлопот доставил один чересчур прыткий немецкий генерал, собравшись посетить места своих былых побед во Франции и Голландии. Разумеется, в форме. Вот кого в то время приходилось охранять по-настоящему.
Вилли усмехнулся и снова недолго помолчал.
– Мне кажется, Ньюгорд себя очень неплохо проявил.
– А что, трудно было разобраться с мотором?
– В общем-то нет. Но удивительно, как быстро он нашел причину, все разобрал, потом собрал. И этот фокус с виски...
– Целых два фокуса.
– Но я не знал, что он так боится огня!
– Это естественно, когда на твоих глазах пылает судно с большей частью команды. И он не притворяется – однажды он чуть упал в обморок, когда вообразил, что я собираюсь при нем закурить.
– Придется учесть. – Вилли тревожно оглянулся в зеркало.
– Не волнуйтесь – он спит.
– А дым его не беспокоит?
– Похоже, нет. Табачный дым ведь не пахнет метаном и горелым мясом.
– Да уж, слава Богу. А теперь, если можно, разбудите Кэри.
Это была даже не деревня – просто множество почти одинаковых разбросанных по склону домиков. Скорее это походило на лагерь золотоискателей, где посреди каждого участка стоит отдельная хижина. Однообразие заснеженный пустырей между домиками нарушали валуны и овражки, через которые были перекинуты кладки. Ни в одном окне света не было.
Вилли осторожно свернул с дороги и машина уперлась в сугроб перед оврагом. В абсолютной тишине слышен был лишь отдаленный шум водопада за рекой, слабо мерцавшей в свете звезд.
– Который наш? – спросил Вилли.
Кэри показала на домик ярдах в тридцати вверх по склону, весь засыпанный снегом и обросший сосульками. Перед входом было широкое заснеженное крыльцо.
Мы втроем принялись осматриваться, дав Дэвиду с Ньюгордом возможность еще немного поспать. Мы не были первыми в этом сезоне – кое-где в снегу протоптали тропинки, а вокруг некоторых печных труб снег явно подтаял.
– Некоторые приезжают по выходным покататься на лыжах, – пояснила Кэри.
– На лыжах?! – изумился Вилли. – Сюда?
Я, конечно, не специалист по лыжам, но его удивление было вполне понятно. Местность вокруг на больше всего напоминала лунный ландшафт, где любая поверхность – кроме абсолютно вертикальной – покрыта камнями самой разной формы и размеров.
Кэри вдруг обиделась.
– Да, это не Швейцария, но чтобы покататься на горных лыжах, вовсе не нужны горы в четыре тысячи метров с коктейль-баром наверху.
Вилли снисходительно усмехнулся и занялся вещами.
Внутри дом оказался чуть больше двадцати футов в длину и пятнадцати в ширину, поделенным на две части, одна из которых тоже делилась пополам, в результате получилась большая гостиная – примерно одиннадцать на пятнадцать футов – и две маленькие спальни. В небольшом закутке сбоку от крыльца скрывался настоящий туалет со сливом. Чтобы привести его в действие, нужно было только принести воды от колонки у дороги – и можно было смело сливать до полного восстановления скандинавских норм чистоплотности. Нет, точно страна парадоксов.
Меблировка включала в себя стол, деревянные стулья и скамейки, несколько шкафов и большую старую печь, встроенную в среднюю стену, чтобы заодно обогревать и спальни. Говорить об этом приходилось пока чисто теоретически, тонкие дощатые стены продувал ветер и внутри было не теплее, чем в холодильнике.
– Добро пожаловать в отель "Арктика", – Вилли ввалился в дом с кучей спальных мешков и одеял.
Кэри зажгла керосиновую лампу и занялась печкой. Когда мы с Вилли привели в дом остальных и притащили оставшиеся в машине вещи, в печке уже потрескивали дрова, шипел тающий в трубе снег, по комнате разливался мягкий свет лампы, пахло дымом и немного керосином, и даже тянуло теплом. Не обращая ни на что внимания, Ньюгорд сразу завалился на скамью.
Вытащив примус. Кэри неуверенно спросила:
– Кто-нибудь хочет сейчас чая или кофе?
Вилли поспешил отказаться.
– Нет, спасибо, предпочитаю виски, раз я уже не за рулем.
Строгость норвежского законодательства стала для него неприятным сюрпризом. А знает ли он, что по здешним законам за рулем нельзя курить? Впрочем, возможно, это не считается здесь серьезным нарушением.
Кэри вопросительно взглянула на Дэвида, тот лишь улыбнулся и покачал головой. И тогда она сунула примус обратно.
