Я поднимаюсь со своего места быстрее всех. Шистад ещё даже не доел стейк.
— Пойду проверю вещи, — говорю я, потому что это то оправдание, которое может принять мать.
На самом же деле перед отъездом я хочу увидеться с Люком и Хиро. Мы не стали друзьями, но улететь, не прощаясь, как-то некрасиво. Парни большую часть времени проводят на пляже, и я почему-то уверена, что они и сейчас там. Я прохожу через бар и иду к морю. Закат окрасил небо в красивый оранжево-розовый цвет, и я рада, что в последний день нет дождя. Как я и предполагала, оба моих знакомых всё ещё плещутся в воде: кажется, они плывут на перегонки до берега. Я останавливаюсь у их одежды и молчаливо дожидаюсь, когда парни приблизятся. На пляже больше никого нет, что неудивительно. Туристы предпочитают чистый и безопасный бассейн.
— Какие люди! — говорит Хиро, стряхнув влагу с волос.
Люк приветственно машет мне рукой. Он подплыл первый и явно запыхался, Хиро в отместку за проигрыш бьёт друга по спине, заставив того откашливаться.
— Я сегодня улетаю, — сообщаю им, когда парни наконец подходят ко мне. Люк вытирает волосы полотенцем, а его товарищ накидывает ткань на голые плечи.
— Вот как, — слегка улыбнувшись, произносит Люк. — А мы так и не погуляли вместе!
В его тоне сквозит весёлость, нет и намёка на обиду. Чёрт, был бы кое-кто таким же добрым!
— Вернешься в Осло и забудешь таких красавчиков, как мы? — спрашивает Хиро с усмешкой, на что я закатываю глаза.
Морской бриз развевает полы моего голубого платья, открывая обзор на почти прошедшую щиколотку. В эту минуту я чувствую себя хорошо. Солнце всё ещё светит последним лучами, в воздухе пахнет морем, и мои знакомые с улыбками на лице прощаются со мной.
— Что-то вроде того, — отвечаю я, насмешливо пожав плечами.
Хиро первым обнимает меня. Я обхватываю его тело в ответ, почувствовав, как влага пропитывает платье. Мы не стали друзьями, но всё же такой ритуал, как объятия, кажется сейчас правильным. Люк тоже обнимает меня, слегка потрепав мои распущенные волосы. Я едва достаю ему подбородка, поэтому мой нос упирается парню куда-то в ямку ключицы. Я с удивлением осознаю, что была бы не против поближе пообщаться с ним. Несмотря на смазливую внешность, он кажется действительно неплохим. Отступив на шаг, Люк облизывает сережку в губе и подмигивает мне.
— Может, в другой раз, — отвечаю я на его вопрос про прогулку, и он смеётся.
Когда с прощаниями покончено, парни остаются на пляже, а я иду в сторону отеля. Они машут мне руками, и я киваю головой в ответ, чувствуя радость от того, что всё-таки решила увидеться с ними перед отлётом.
Поднявшись наверх, я с удивлением обнаруживаю Шистада. Он стоит, приложившись плечом к своей двери, и наблюдает за мной. Подойдя ближе, я вижу, что его лицо искажено неприятной гримасой — смесь раздражения и усмешки. Не обращая на него внимания, я щелкаю картой и открываю дверь, но, прежде чем успеваю зайти, Крис цедит:
— Проверила вещи?
Его тон сочится ядом, и я непроизвольно дёргаюсь, скривив губы.
— Чего?
— Спрашиваю: проверила ли ты свои вещи?
Я умоляю себя не смотреть на парня, но мой мозг не успевает обработать приказ — глаза тут же находят лицо Шистада.
— И что ты имеешь в виду? — хорошее настроение мгновенно улетучивается при виде самодовольного выражения Криса.
— Даже не знаю. С каких пор твои похождения называются вещами?
Я застываю на месте и пытаюсь обработать информацию.
— Какие к чёрту похождения?
— Кажется, я неверно подобрал слова, — кивает Крис, будто соглашается со мной.— Не знаю, с кем из них ты трахалась, но обычно парням не нравится, когда их называют вещью.
Я прикусываю кончик языка, приказывая себе не идти на поводу. Он специально достаёт меня. Самым верным решением сейчас будет просто уйти, что я и делаю, шагая в свой номер. Но неожиданно рука Шистада сжимается на моём запястье. В первую секунду я удивляюсь тому, как быстро он преодолел расстояние от своего номера до меня. Во вторую секунду осознаю, что он опять схватил меня. И в третью секунду бью его по лицу. Всё честно.
Крис втягивает воздух сквозь стиснутые зубы.
— Пусти меня, — приказываю я, дёрнув запястье, но Шистад лишь сильнее сжимает, хотя и не причиняет реальной боли.
— Так с кем из них? — он продолжает гнуть своё и с садистской улыбкой глядит на меня сверху вниз.
— Что ты несёшь? — я ненамеренно повышаю тон, продолжая тянуть руку на себя. Что за привычка хватать меня?
— Зачем отрицать очевидное? — философски интересуется он. Спокойный тон выводит меня из себя.
Я разъярённо смотрю парню в глаза: за расширенными зрачками практически не видно потемневшей радужки.
— Это не твоё дело! — кричу ему в лицо и другой рукой толкаю в грудь, но Крис даже не отступает на шаг. Он застыл, как глыба, и смотрит на меня. Я с ужасом наблюдаю, как его самодовольная ухмылка медленно растягивает губы. Выглядит жутко.
— Пошла ты!
Он резко выпускает мою руку, отчего я теряю равновесие — мне приходится сделать несколько шагов назад, чтобы не упасть. Крис разворачивается и стремительными шагами удаляется по коридору.
