Элиза всегда вкусно готовила, и парень расстраивался, когда им приходилось заказывать еду из ресторана. Накрутив на вилку макароны, Марлон погрузил пищу в рот и с удовольствием разжевал. Элиза усмехнулась, глядя на нескрываемую радость мужа. Она элегантно закинула ногу на ногу и погрузила вилку в салат.
— Почему ты не ешь пасту? Она потрясающая, — сказал парень, на что девушка улыбнулась.
— Там углеводы.
— Какая глупость, — заметил Марлон, — ты отлично выглядишь, так что можешь нормально поесть.
Элиза просияла после комплимента и дотронулась ногой до ступни мужа под столом, чуть ли не замурлыкав, как кошка.
— Всё же ограничусь салатом, — ответила она, протыкая вилкой кусочек помидора.
Марлон просто кивнул и продолжил наслаждаться ужином, никак не отреагировав на откровенную ласку жены. Ева, сидящая сбоку, молча ковыряла картофельное пюре, оставшееся с обеда. Ей совершенно не хотелось есть, поэтому она просто возила ложкой еду по тарелке.
— Ева, ешь, — строго приказала мать, заметив, что дочь ни разу не поднесла ложку ко рту.
Девочка скривилась в ответ и посмотрела на маму, которая продолжала сверлить её взглядом, всем видом показывая непреклонность решения.
— Она не хочет, — ответил за неё Марлон и погладил дочь по макушке, как бы разрешая ей не доедать.
— Пусть поест, — настаивала Элиза, не позволяя дочери выйти из-за стола. Ева, не знающая, кого слушать, застыла на полпути. — Я всё утро готовила.
— Не заставляй, — покачал головой Марлон и кивнул дочери, чтобы та шла играть. Девочка поспешно вылезла из-за стола и убежала в сторону зала.
Элиза предпочла промолчать и просто убрала ногу с лодыжки мужа. Игривое настроение испарялось.
***
Покончив с ужином, девушка убрала со стола и принялась мыть посуду. Марлон подошёл сзади и приобнял жену за талию, слегка отодвигая её в сторону.
— Я сам, — пояснил он и засучил рукава клетчатой рубашки.
Элиза тепло улыбнулась в ответ. Ещё пару секунд она наблюдала за тем, как пальцы мужа в пене моют тарелки после ужина, и это зрелище отчего-то отдалось возбуждением в низу живота. «Месяц без секса дает о себе знать», — подумала она и вышла из кухни, направляясь в ванную. После тяжёлого дня, измотавшего её душевно, Элиза решила, что было бы неплохо принять горячий душ и если Марлон побыстрее закончит с посудой, то есть вероятность, что он присоединится к ней, а это приятный бонус в конце вечера.
Намыливая тело, девушка с отвращением пробежалась пальцами по едва заметным растяжкам на животе, оставшимся после родов, и в который раз подумала, что стоит сходить к врачу, чтобы он убрал это уродство. Обжигающие струи сбегали по спине и груди, смывая белую пену с тела, а Элиза уже представляла, как они с Марлоном наконец-то окажутся близки спустя несколько недель. Она не хотела признавать, но её жизнь поменялась из-за Евы намного сильнее, чем она рассчитывала изначально. И Элиза не могла сказать, что это были перемены к лучшему. Конечно, сегодняшний скандал не был постоянным пунктом в её расписании, но иногда было просто невозможно заткнуть слепую ревность, хотя девушка и осознавала, что это ненормально. Но нормальным и не было чрезмерное внимание Марлона к дочери. Он будто не замечал ничего вокруг, всё делал для своей дочери. Элиза могла понять эти чувства: он боялся стать плохим отцом. Но задевало то, что он не боялся стать плохим мужем, но всё шло к этому по прямой тропе.
Отогнав негативные эмоции, девушка смыла остатки шампуня с волос и с сожалением поняла, что уже пора вылезать, а Марлон так и не присоединился к ней. Элиза обернула вокруг тела пушистое полотенце, быстро почистила зубы и вышла в коридор. Она замерла на несколько секунд, пытаясь расслышать звуки других обитателей дома, и поняла, что дочь с папой находятся в детской. Она босыми ногами проследовала к комнате Евы и заглянула внутрь: Марлон сидел на полу рядом с кроватью девочки и что-то читал ей, пока дочь, накрывшись одеялом чуть ли не до подбородка и высунув руку наружу, играла с пальцами отца, выводя какие-то узоры на его ладони. Глаза девочки уже слипались — она вот-вот собиралась уснуть.
Элиза опёрлась голым плечом о дверную раму и посмотрела на мужа. Он, заметив её взгляд, улыбнулся и подмигнул. Марлон задержал глаза на наряде — а точнее его отсутствии — жены, а затем обратил внимание на дочь; та закрыла глаза и размеренно дышала.
— Уснула, — одними губами прошептал парень, а затем его рука легко выскользнула из пальчиков дочери. Он чмокнул малышку в лоб, едва касаясь её губами, чтобы не разбудить, и выпрямился во весь рост.
— Я ждала тебя в душе, — прошептала Элиза, когда Марлон приблизился к ней.
— Нужно было уложить Еву, — пояснил парень, и девушка подавила желание капризно надуть губы. «Не время для ревности», — приказала она себе и постаралась соблазнительно улыбнуться.
Марлон приобнял жену за талию и поцеловал её в лоб нежно, без намёка, что, впрочем, не слишком устроило её.
— Я пойду в душ, — отстранившись, произнёс парень и попытался протиснуться в дверь.
