— Я еще с вами не закончил! — объявил он, подняв руку с мачете, и обвел нас заточенным кончиком. — Я вас обнаружил! Оставшееся время до конца раунда вы целиком мои.
— Да ёкарная ты бабушка, — я устало закатил глаза. Эта пародия на местных «дикарей» всё не уймётся! Может попросить Чёрного еще раз огреть его лопатой?
— А вот хрен тебе! — мужик в резине, совершенно не боясь неадекватного сталкера, скрутил перед его носом фигу. — Время уже того давно! Я не понимаю, чо начальник молчит!
Что? Давно? Третий раунд давно закончился? А какого хрена⁈
Мегафон со скрипом взрывался хохотом Азраила. Возникло страшное желание запихать ему эту ржавую рухлядь в пасть или в задницу. Смотря куда поместится!
— Извините меня, ребятки! — сквозь смех выжал он из себя. — Мои уважаемые зрители увлеклись, засмотрелись на ваши разборки, и я забыл следить за временем!.. Финальный раунд закончился шесть минут назад! Прошу всех вернуться на место старта! Это было великолепное зрелище!
— Великолепное зрелище, да?.. — повторил с ехидной усмешкой Апостол и спрятав мачете в ножны, — черте что! Даже поиграться не дали. Вы не поняли, а я хотел вас спасти. Хотел убить пару бандитов, прислужников Азраила, но, увы, первого настиг Волков.
— Слушай, нас вроде к тоннелю позвали? Ну, так топай, давай! — я сделал шаг в бок, загораживая собой бесчувственное тело капитана. Хрен знает этого казаха, вдруг захочет ткнуть чем в долговца? Вон, лопатой, например!
— Прозрачный! — крикнул азиат, игнорируя мои слова, — раунд кончился, выходи!
Анархист вышел не сразу. Может, с Багирой перекинулся парой слов. Что самое удивительное, сдавать фанатика своему товарищу Прозрачный не стал. Подошёл к нам молча, вразвалочку и не удержался от глумливого лёгкого пинка под задницу Волкова.
— Я тебя сейчас тоже пну, — пригрозил я, глянув на анархиста исподлобья, — только сильнее и по башке!
— Ой-ой, больно храбрый какой! — огрызнулся в ответ парень, гордо сунув руки в карманы куртки. Но на этом моя с ним короткая перепалка и закончилась. Он поспешил следом за Апостолом, что старательно делал вид обиженного на весь мир человека. Багира вышел лишь тогда, когда они оба, спустившись к дороге, окончательно исчезли из виду. По его маске было, конечно, трудно понять, доволен ли или напуган сектант. Сам он ничего не сказал, только помахал мне приветливо рукой. Меня беспокоила сейчас больше не его настроение, а то, как я буду тащить Волкова к тоннелю! Я же надорвусь! Ну, есть один вариант.
— Эй, Чёрный! — позвал я, пока двое любителей необычных масок не успели далеко отойти. — Помоги мне эту тушу до старта донести. И вообще, это ты его вырубил, тебе и ворочить!
— Ага-ага, — сталкер несколько раз кивнул без препирательств. Всучив Багире свою косу, он встал рядом с Волковым. Я взял капитана под руки, он же за ноги. Даже вдвоем было тяжело тащить этого кабаняру! Один я бы точно не справился…
На подходах к тоннелю нас встретил гневный и отчаянный крик. Из-за него я чуть не уронил Волкова, пожелав схватиться за автомат. Которого за спиной нету. К старту мы вернулись самыми последними. Все игроки в прятки столпились в узком ущелье, задрав головы к навесному мосту. На нём вверх тормашками висел Туз. Ноги его обмотаны некой верёвкой и привязаны крепко другим концом к дощечке моста. Из распоротого раскрытого горла по подбородку стекала кровь. Убил его Волков, но зачем подвесил-то? Для чего? Что за странная инсталляция? Жигуль, схватившись за голову, топал ногами точно капризный ребенок, крича что-то невнятно. Прима казался значительно спокойней. Он отступил от товарища, покрутился на месте, осматривая бегло каждого вернувшегося игрока.
— Это, блядь, кто сделал⁈ — требовательно возопил он, указывая на висельника. — Какая мразь⁈ Чё, слабо сознаться⁈
Я усмехнулся в усы, прислонил капитана к ящику, убедился, что он не свалится на траву. Заметил, как Прозрачный нагло хохотнул, тыкая пальцем в Волкова. Ну да, смешно тебе! Задница после дубинки уже перестала болеть⁈ Лист молча пихнул свободовца в локтём в живот. Красноречиво намекнул заткнуть рот. И правильно.
— А какая мразь убила анархиста в лесу? — спросил я громко, сложив руки на груди. Прозрачный тут же переменился в лице, узнав новое для себя. — Кто из вас это сделал? Не вы ли гоняли меня по болотам? Ах, как неприятно своих корешей терять, да⁈
— Сука, завали ебало! — Жигуль, сгорбив якобы грозно спину, двинулся ко мне, но был остановлен своим дружком. Прима поднял руку, перегородив ему путь.
— Это… наша работа, — сбивчиво пробормотал охотник, — мы выполняли приказ!
— А между прочим именно ваш Тузик был в числе тех, кто пытался убить меня на Болотах, — Апостол, отделившись от своей группы, расслабленно привалился к ящику, рядышком с Волковым. — Это я его подвесил нашим врагам в наставление. Но его не убивал, о чём жалею. Он это заслужил. Собаке собачья смерть.
