Долговец оборвал сам себя. В груди у меня похолодело от низкого клокотания за дверью. Нечто со стуком о деревянный пол, переступило с ноги на ногу. Вот тебе и очередной сюрприз от Азраила. Знал же, что с ним ничего просто не бывает! Не сговариваясь с Волковым, мы оба медленно попятились из веранды. Внутри дома что-то завозилось, низким басом замычало. Интуиция панически взвыла сиреной в голове, только я ступил на пыльный асфальт. Развернувшись, я бросился к крану, к его ржавой лестнице у кабины водителя. За спиной грохнуло, будто домик разворотило взрывом. По спине и затылку мне тюкнулась пара некрупных щепок. Не сдержав любопытства, я обернулся, пробегая мимо железной ноги крана.
Входной двери халупы вместе со стеной и верандой уже не было. Вместо них зияло одно огромное окно. Ошмётки кривого дерева валялись веером перед домом. Над ними высилась мрачная массивная фигура тарка. Опустив низко голову, украшенную беспорядочными острыми рогами, мутант шаркнул передним копытом по асфальту. Тонкий хвост с зазубренным концом мотался из стороны в сторону.
— Еба-а-а-а-ать! — заорал я в панике. Налетел больно на опору крана, чуть не свалившись на пол. Весь прикованный вниманием к тарку, я не заметил, куда делся Волков. И не подумал о нём в ту секунду, как встретился взглядом с налитыми кровью глазами мутанта. А долговец умчался к контейнерам. Встав перед остатками старого костра, Сергей что-то выкрикнул невнятно и пальнул двумя одиночными по зверюге. Оба выстрела просвистели мимо тарка, но зато отвлекли его от меня. Мотнув головой, тарк привстал на задние ноги с рёвом, достающим до самого нутра. Ударил копытами по асфальту, содрогнув землю, и переключился на капитана.
— Серёга! — заорал я, подсознательно понимая, что с тарком он один не справится.
— Наверх! — гаркнул он мне в ответ, заскочив за железный бок контейнера. Едва успел спрятаться за скудным укрытием, как мутант, со старта взявший нехилую скорость, влетел в контейнер. Со страшным скрежетом рога пропороли металл, уродуя его кривыми дырами. Тарк всхрапнул, напрягая шею. Дёрнулся в попытке выдернуть застрявшие ветви рогов. Волков, оббежав здоровенный ящик вокруг, высунулся из-за угла, пустив короткую очередь по гладкому боку зверя. Боль придала тарку сил, заставила вырваться из ловушки, обломав пару отростков. Ревя на манер лося, он кинулся за долговцем. Клацнул зубами, не успев поймать его за ворот куртки.
— Серёга беги!!! — орал я, притоптывая от волнения на лестнице. Стискивал в пальцах рисунок, нещадно мял его. Хотел броситься на помощь Волкову, но сдерживал себя, понимая, что со своей дубинкой погибну сразу же. Я мог только скакать и вопить слова поддержки, как-то отвлекать тарка на себя. Но мутант выбрал себе другую добычу и упорно преследовал её.
Волков заскочил под грузовик, успев спрятать ботинки от ударивших возле них копыт. Раздувая ноздри после ранения, тарк покрутился возле кабины грузовика. Опустил морду, заглядывая под неё. Щёлкнул зубами, надеясь ухватить человека за одежду. На правом его боку отчетливо виднелись три дыры, поливающие смоляную шкуру кровью.
— Эй, сука! — крикнул я, топнув по грохочущим ступеням. — Сюда иди, корова!
Мутант меня теперь вовсе игнорировал. Волков под грузовиком интересовал его больше, чем вопящий в пустоту наёмник. Ну да, он же оскорблений не понимает!
— Алло, воздухоплаватель, — я дрогнул от скептичного голоса из рации. В кой-то веки был рад Азраилу. — Кто изображен на рисунке?
— Что⁈ — я глянул на торчащую из нагрудного кармана чёрную антенну, — вот прямо щас, блядь, я должен угадывать⁈
— Да, прямо сейчас, — с закипающим раздражением ответил фанатик, — если хочешь, чтоб долговец выжил.
Как в устрашение слов монолитовца, мутант попятился назад, и с разбегу впечатался в водительскую дверь, пробив её насквозь. Грузовик покачнулся, под ним что-то заорал Волков.
— Блядь… — потерев рот тыльной стороной ладони, я поднял рисунок на уровень глаз. В ушах стучало бешено сердце. — Ну, кто это⁈ Я сука не знаю! Гномик⁈ Сидорович⁈
— Игорь!.. — испуганный крик Волкова отвлек меня. Тарк, опустив голову, запустил рога под коробку кузова. Расставил ноги пошире, чтоб перевернуть грузовик. Упорная скотина!
— Так блин!.. — я сполз на ступеньки, не в силах держать себя на ногах. Снова уставился на проклятый рисунок. — Полулысый, в плаще, с бородкой… Одна рука поднята, другая типа согнута в локте… Это чё, типа Ленин, что ли⁈
— Та-дам! — отозвался тут же из динамика Азраил, в знакомой радостной манере. — А крику-то было!
— Серьёзно⁈ — вспылил я, окончательно сминая альбомный листок. — Какой долбаеб додумался нарисовать так!..
Договорить гневную тираду мне не позволили. Опора ступенек исчезла из-под ног. Заорав, я провалился в пустоту, сомкнувшуюся над головой густой белой пеленой. Приземление было жестким и болезненным. Тюкнувшись задом об асфальт, я обиженно крякнул. Выпустил из руки дубинку, со звоном и дальним эхом стукнувшей по ровной поверхности.
