— Да что я, сумасшедшая, что ли? Никому не давала. Разве что племяннице. Меня ж тогда в больницу отвезли и почти неделю обследовали. Племянница примчалась. Решила, дурочка, что я помираю. А раз помираю, она поспешила узнать, кому квартира достанется. У меня ж кроме этой племянницы еще и внук имеется. А сестра родная померла. И дочка моя тоже, а внук в тюрьме. Он оттуда и не вылезает. Как выйдет, так снова туда. Ограбит кого или украдет. Наркоман он. Зачем ему квартиру оставлять? Притон здесь устроит, меня потом все соседи проклинать будут. А каково будет на том свете маяться, когда на этом меня все последними словами поминать будут? Племянница сразу примчалась, как я позвонила из больницы. Ключ взяла и обещала у меня немного пожить.
— Брюнетка? — поинтересовалась Синицына.
— Кто? Племянница моя, что ли? Да нет, шатенка она. То есть была когда-то, а теперь красится. Рябенькая такая причесочка. Волосы шатенистые, а кончики светлые.
— Мелирование делает, — подсказала Синицына.
— Не знаю уж, что она там делает, но голова у нее рябенькая. А вам она зачем? И вообще, кто вы такие, и почему я должна перед вами отчитываться?
Больше она не собиралась ничего говорить. Ярослав объяснил, что они ищут свою дальнюю родственницу, которая, по слухам, снимала квартиру в этом доме, и готовы заплатить тысячу рублей за любую информацию. Бабка задумалась.
— Как зовут вашу племянницу? — спросил молодой человек.
— Нина. Фамилию не знаю. То есть знала, но забыла. Раньше Киреева была, а как по мужу теперь, запамятовала. — Она смотрела на тысячерублевку. — Адреса ее не знаю, где-то на юге города живет. А если нужен телефон, могу дать.
Ярослав записал номер и отдал старушке банкноту. А когда подошли к машине, поинтересовался у Вари:
— Куда теперь поедем?
Это был сложный вопрос. Конечно, надо ехать домой, но там ее в первую очередь будут искать. Может быть, позвонить Андрею и попросить его спрятать ее где-нибудь?
Она размышляла, а молодой человек, видя ее замешательство, предложил:
— У меня есть место, где можно укрыться.
— К вам — нет, — покачала головой Варя и вдруг вспомнила свой сон и рассказ стилиста. — Отвезите меня в Заполье. Где это, я не знаю, но, возможно, навигатор покажет.
С трассы свернули на прилегающую грунтовку. Покрытие было ровным и плотным, но местами, там, где высокие ели подходили к самой обочине, дорога была присыпана высохшей хвоей. Пахло смолой, мхом и грибами. Вскоре дорога начала петлять, а когда за очередным поворотом показался высокий забор, пришлось остановиться возле шлагбаума. Тут уже находился полицейский автомобиль.
Ярослав посигналил, из автомобиля вышли двое полицейских.
— Поворачивайте назад, — приказал один, — здесь частная территория.
— Я владелица этой территории, — ответила Варя, — моя фамилия Синицына. Свяжитесь с мистером Хейли, и он…
— Может, нам сразу Шварценеггеру позвонить? Или Джеки Чану? — проявил эрудицию полицейский. — Если сказано «мотайте отсюда», то выполняйте сразу, чтобы неприятностей не было.
— Тогда со своим начальством переговорите.
— Щас, — ответил ей полицейский и жестом показал, как надо разворачиваться и в каком направлении уезжать.
— Если я уеду, то никаких съемок здесь не будет.
Второй полицейский включил рацию и произнес в нее:
— Тут какая-то… — он пытался подобрать слово и наконец нашелся, — напористая мадам пытается проникнуть на объект, уверяет, что она здесь хозяйка и ее фамилия Синичкина…
— Синицына, — поправила Варя.
— Гони их взашей! — посоветовала рация.
— О последствиях мы вас предупредили, — напомнил Ярослав.
Полицейский с рацией отошел в сторону и начал что-то тихо объяснять тому, кто находился за забором.
Минут через пять шлагбаум все-таки открыли.
А когда они въехали на территорию, Варя сразу увидела бегущего навстречу автомобилю Томтита. Он протянул ей руку, чтобы помочь выбраться из салона, вытащил наружу, начал обнимать, что-то шептал на ухо, но девушка не могла понять, очевидно не успев переключиться на английский.
— Я так надеялся тебя увидеть еще раз! — наконец разобрала она. — Мне сказали, что ты уехала отдыхать, но время идет, скоро мы закончим снимать, а тебя все нет… Я уж подумал, что причина во мне… То есть думал, что ты вообще не хочешь меня видеть.
— Не в тебе, — заверила Синицына.
Он повел ее к дому мимо софитов и зонтиков над столиками, за которыми сидели люди в одинаковых бейсболках. Кто-то из них курил, кто-то пил кофе, квас или колу, некоторые разговаривали, но впечатление складывалось такое, что все они прыгнули за столики, словно по команде, несколько секунд назад при появлении автомобиля. Сьюзен Гриффин шагнула Варе навстречу и приветливо улыбнулась:
— Привет, рада, что мы снова встретились. В прошлый раз был дождь, а здесь почти всегда солнце.
Варя обернулась и увидела Ярослава, которого уже усаживали за один из столиков, о чем-то спрашивали, а он отвечал и кивал.
Вокруг были высокие клумбы с петуниями. Цветы на них росли разных оттенков, над ними порхали бабочки. Вспомнился отец, и Варя почувствовала, что вот-вот заплачет.
