С того света полностью

Вспоминается та секунда, когда Люси появилась в комнате ожидания при кабинете Фредерика Лангмана, его прыжок из окна, первый полет, момент, когда он понял, что мертв. Он ежится, вспоминая, как увидел с потолка спальни собственное тело, как реаниматоры объявили, что ему конец. Дальше вспоминаются собственные похороны, открытие некрофона и водворение в тело Люси.

А что, если… Вдруг все эти странности – не более чем галлюцинации? Вдруг все происходит во сне, пусть и в более сложном, чем те, что снятся ему обычно? Под огромным сомнением оказывается все его существование, прошлое и настоящее.

Нет! Это не может быть сном!

Он сам взял за правило избегать в своих романах фраз «это был только сон» или «у него был тайный брат-близнец». Они были бы жульничеством. Слишком просто, недостойно требовательного к себе автора.

Итак, это не сон.

Итак, это его подлинная прошлая жизнь.

Итак, это его всамделишная недавняя смерть.

Итак, он действительно вселился на время в женское тело. Как ни странно это звучит.

Он высовывает из воды голову, как остров, всплывший посреди пенной заводи.

Вот я и стал той, к которой хотел приблизиться.

Он намыливается и, водя по телу перчаткой, испытывает странное наслаждение от поглаживания каждого квадратного сантиметра этой гладкой кожи, гораздо более чувствительной, чем его прежний мужской эпидермис.

Сладострастие. Экстаз. Радость жить опять. У него в голове раздается голос:

– Когда закончите, плесните, прежде чем вылезти, холодной воды на ноги и на грудь. Это хорошо для кровообращения и оказывает укрепляющее действие. Если заметите прыщик, не вздумайте ковырять ногтями. Возможно, вы не знаете, что эти длинные волосы долго сохнут, придется воспользоваться феном. Но не слишком его приближайте, а то сожжете мне волосы.

Он уже ее не слушает: сделав воду горячее, он шевелит в пенящейся воде пальцами ног и улыбается до ушей.

– Больше не чувствуете эффекта наркотика? – спрашивает Люси.

Тут его скручивает приступ боли в животе. Сначала он принимает ее за вторичное последствие наркотика, потом понимает, что боль другая, рождающаяся далеко от головы и точно локализованная. Он боится, что это гастроэнтерит или несварение – нечто в этом роде с ним бывало при употреблении просроченной еды. Он вылезает из ванны, вытирается и видит на полотенце кровь. Поранился? Люси снабжает его недостающей информацией:

– Добро пожаловать в женский мир.

Он не смеет ее понять.

– Забыла предупредить: сегодня у меня начинаются месячные.

– Вы хотите сказать, что у меня… менструация?

– Тампоны в шкафчике над раковиной. Я вам подскажу, как их правильно использовать. Сначала расслабьтесь, нельзя запихивать их с силой…

Она подробно объясняет ему весь нехитрый маневр, однако у него только с третьего или с четвертого раза получается ввести этот странный предмет себе внутрь.

Когда он справляется наконец с этой задачей, раздается звонок в дверь.

– Кто бы это мог быть? – волнуется Долорес.

– Откройте дверь, Габриель!

Габриель-женщина торопливо одевается.

– Опять подручные Сами? – спрашивает Долорес. – Как они могли так быстро его найти без «жучка»?

– Нет, это не гангстеры, это клиенты.

– Целая толпа?

– В воскресенье вечером я провожу коллективные сеансы спиритизма.

Долорес провожает Габриеля к двери и узнает членов правительства.

– Сам министр внутренних дел! Забыла его фамилию…

– Валадье. Он мой друг.

– А остальные?

– Неужели не узнаешь?

– Погоди… Не верю своим глазам: сам премьер-министр Брокар!

– Он обещал его привести, но мне как-то не верилось…

– Не хватало, чтобы он приволок президента Республики!

– Мне надо вернуться в свое тело, иначе с ситуацией не совладать.

– Сейчас это неосуществимо.

– Почему?

Долорес сокрушенно прячет взгляд.