— Я — не трус! Я доказал это, когда работал в комитете бедноты, ездил по деревням, заключал договоры… Я дрался с кулаками, и не только на собраниях, не только языком!.. Я не трусил тогда!..
— А сейчас, когда борьба обострилась, стала более сложной, тонкой, голову потерял?! — полувопросом сказал Демиров. — Враги хитрят, пускаются на всякие уловки, и мы должны быть бдительными.!.. Нельзя товарищ Таптыгов, позволять врагам советской власти шантажировать себя!.. Нельзя доводить до этого!..
Алеша Гиясэддинов встал и смотрел на Демирова, прищурившись. Сделал рукой жест, мол: «Погоди, Таир, дай и мне сказать!..» Когда секретарь умолк, заговорил спокойно, вдумчиво:
— Я вот так считаю, товарищи… Мадат получил урок на всю жизнь! Им была допущена промашка. Но все-таки он пришел и все рассказал… Поздно, но пришел! Это как раз тот случай, когда уместно сказать: лучше поздно, чем никогда. Конечно, было бы идеально, если бы он рассказал тебе, Таир, о странном поведении Субханвердизаде сразу же, как только мы вернулись из Баку… Он не сделал этого. Очень скверно!.. Но здесь есть небольшая доля и твоей вины, Таир… Точнее — нашей! Мадат не был настойчив, оказался близоруким… А ты, Таир, не был достаточно внимательным, не был в должной мере проницательным, не разгадал, не разглядел, загруженный по горло делами, что делается в душе твоего работника… Что касается меня, и я кое в чем виноват. Конечно, вернувшись из Баку и узнав о гибели Сейфуллы Заманова, я должен был сам проявить инициативу и поговорить об обстоятельствах убийства с человеком, который в это время не только возглавлял район, но и побывал в деревне Чайарасы, присутствовал при кончине Сейфуллы. Я не сделал этого!..Гиясэддинов помолчал, вздохнул глубоко. — Словом, разделим вину на троих… — Он усмехнулся: — Большую часть беру на себя!.. А теперь предлагаю запить наш разговор чаем! — Он щелкнул пальцем по самовару, стоящему на столе на медном подносе. — Наверное, Мадат еще не завтракал… А, Мадат?..
— Не успел, — тихо, сдержанно ответил Мадат.
Демиров поддержал предложение Алеши:
— Да, давайте пить чай. Дозавтракаем! И пора на работу… — Он взглянул на ручные часы. — Скоро восемь!
От Демирова Алеша Гиясэддинов сразу же пошел к себе в райотдел ГПУ. И тут его ждала радостная весть: вернулся Хосров! Вернулся осунувшийся, заросший, оборванный, как лесной бродяга, но бодрый и здоровый.
Гиясэддинов, едва увидел сидящего на диване и разговаривающего с Балаханом Хосрова, глаза которого сверкали победоносно и весело, тотчас смекнул: «Вернулся с удачей!»
При виде начальства Хосров мгновенно вскочил с дивана, но сказать ничего не успел: Гиясэддинов заключил его в крепкие объятия, трижды расцеловал. Хосров даже смутился, покраснел. Заговорил торопливо:
— Задание выполнил, товарищ начальник, нашел банду!.. Удалось выяснить…
— Чувствую, чувствую! — перебил Гиясэддинов почти ликующе. — Погоди, сейчас все расскажешь толком… Ведь накормить тебя надо! — Обернулся к Балахану, приказал: — Живо организуй чай и завтрак поплотнее! — Обняв Хосрова за плечи, повел в свой кабинет.
Под утро той ночи, когда Гиясэддинов и Балахан проводили своего товарища и сослуживца на ответственное и опасное задание, жеребец Сакил домчал Хосрова до одинокого домика, стоявшего на отшибе, за околицей деревни Малыбей, что приютилась у подножья поросшей густым лесом горы. Спешившись, Хосров подошел к маленькому темному окошку и постучал в него пятью размеренными ударами, как было заранее условлено с хозяином дома, который уже много лет помогал чекистам. Спустя минуту из дома вышел мужчина лет под пятьдесят, высокий, широкоплечий, крепкий на вид. Некоторое время приглядывался к неурочному гостю, одетому в видавшее виды крестьянское платье. Узнал наконец. Отворил ворота, взял поводья из рук Хосрова, и они, пройдя через двор, вместе вошли в сарайчик, который одновременно служил хозяину и хлевом, и конюшней. Здесь между ними произошел негромкий разговор.
— Здравствуй, Рашид-киши! Как поживаешь?.. Какие новости?.. — спросил Хосров.
Хозяин приветливо улыбнулся:
— Здравствуй, племянничек!.. Сначала не признал тебя в этой одежде…
Хосров перебил:
— Что ты узнал?.. Где банда Зюльмата?..
Рашид-киши сокрушенно вздохнул, покачал головой:
— Ничего не узнал, племянничек. Облазил все горы окрест… Затаился Зюльмат. Как под землю провалился!.. Думаю, его банда ушла в сторону деревни Джиджимли. Там удобное место: рядом Армения и граница недалеко, Аракс… А может, они и в другом месте… Искать надо Зюльмата, будь он трижды неладен, паршивый пес!..
— Затем я и пришел, — промолвил Хосров тихо. — Что ж, будем искать Зюльмата… Это приказ Алеши Гиясэддинова.
Рашид-киши закивал головой:
— Я готов, племянничек, ждал все эти дни. Думал, придет другой, тот парень, что из Баку…
— Балахан?
Хозяин улыбнулся:
— Балахан, Балахан, он самый!.. С ним мы хорошо знакомы. Он обычно с вечера приезжает, до полуночи, если ему что надо… Как он там?.. Жив-здоров?..
