Хосров отчетливо слышал каждое слово бандитов. Они перебрасывались отдельными, ничего не значащими фразами — о погоде, о самочувствии, о том о сем, вспоминали домашних. Один, в овчинной безрукавке, вывернутой шерстью наружу, в остроконечной крестьянской папахе, вдруг сказал:
— Надо, ребята, перебираться поближе к родным местам… Что нам делать здесь, в этих безлюдных горах?.. Или мы волки?.. Скоро зима!.. Если, не дай аллах, снег упадет рано, мы все можем загнуться!.. Уходить надо отсюда, поближе к очагам, к родным деревням!..
— Так тебя и ждут там, Рябой!.. Жена довгу приготовила, глаз с двери не спускает!.. — съязвил сидящий на охапке веток заросший детина богатырского телосложения в узковатой, не по плечам, телогрейке.
— А почему же не ждут?! — невозмутимо ответил тот, кого назвали Рябым. — Мы с женой всегда жили душа в душу, и детей она мне рожает похожих на меня, как одна капля воды на другую. Это тебя, Медведь, никто не ждет!.. Не дал тебе аллах ни жены, ни детей… А у меня двое сынков!..
— Была у барана шкура, да с мясником повстречался! — захохотал бандит по кличке Медведь. — Когда ты, Рябой, теперь вернешься к своим сыновьям?!
Рябой ничего не ответил. У костра воцарилось тягостное молчание. Нарушил его глухой, простуженный голос:
— Слушайте меня, ребята! — Это был Зюльмат. Он медленно обвел настороженным, диковатым взглядом лица притихших товарищей. — Я хочу объяснить вам, почему мы здесь в этой чертовой дыре, на краю света!.. Я получил известие: на нас готовится нападение!.. В горы выйдет большой отряд татарина из ГПУ Гиясэддинова… Нас хотят уничтожить, а тех, кто останется в живых, отправить навечно в Сибирь — подыхать от холода и голода!.. Одним словом, черная весть!
— От кого она?! — выкрикнул кто-то. — Мы хотели бы знать, кто прислал нам эту весть?!
Зюльмат обернулся к спрашивающему, глаза его смотрели холодно и брезгливо.
— Зачем тебе это знать, Кривой Али?.. Не твоего ума это дело! Говорят, ешь яблоко — к чему тебе имя садовника? — Он помолчал, как бы размышляя о чем-то. Неторопливо продолжал:- Известие прислал тот самый человек, который нам постоянно помогает. Верный человек, наш друг!..
— Мы хотели бы знать, кто он такой?! — не унимался Кривой Али. — Можно ли ему верить?.. Как его имя? Почему ты не хочешь нам сказать, Зюльмат?..
Бандит по кличке Медведь вскользь бросил:
— Конечно, хотелось бы узнать!..
Его поддержали другие:
— В самом деле, кто он?..
— Что за человек?..
— Какой пост занимает?..
Зюльмат, невозмутимый, ждал, опустив веки, когда наступит тишина. Наконец сказал:
— Был ли случай, чтобы этот человек нас подвел, сказал нам неправду, обманул?! — Бандиты молчали. — Был такой случай или нет?! Я спрашиваю вас!.. Ну, говорите!..
— Пока он нас не обманывал! — отозвался звонкий молодой голос. — Но мы хотели бы знать, близок ли этот человек к советским начальникам?.. Высокий ли он пост занимает?.. Или он такой же, как мы?..
Зюльмат захохотал, перебивая:
— Я понял тебя, Зюльфугар!.. Я отвечаю тебе: близок! Так близок, как ты и представить себе не можешь!.. Подумай сам, разве он мог бы узнавать важные сведения для нас, если бы не был близок к советским начальникам?! Но имя его пока открывать нельзя.
Зюльфугар повторил свой вопрос:
— Скажи нам все-таки, какой он пост занимает — большой или маленький? Он для нас или мы — для него?!
— Он — для нас, а мы — для него! — ответил Зюльмат. — Верный человек! Испытанный!..
— Тогда почему он не с нами, не здесь? — выкрикнул неугомонный Кривой Али. — Почему он не сидит у этого костра, как мы?
Глаза атамана сердито сверкнули. Он сплюнул на землю, и выругался:
— Ты — дурак, Кривой!.. Для нас в тысячу раз выгоднее, если этот человек будет находиться в городе, а не здесь, с нами!.. Если бы не он, мы бы уже давно подохли с голоду!.. Через кого мы получаем оружие?.. Кто нас снабжает патронами?.. Он!.. Все он — наш благодетель!.. Кто нам дает золото, без которого нельзя жить на той стороне, за Араксом?.. Опять же он!.. А ты, Кривой, говоришь, почему он не здесь… Да, он — не здесь, но он — с нами!
— Что же мы должны теперь делать? — спросил медленно, растягивая слова, Медведь. — Ты говоришь, на нас готовят нападение?
Зюльмат кивнул:
— Да, нас хотят уничтожить! Мы пришли сюда, в эти глухие горы, чтобы ищейки татарина Гиясэддинова потеряли наш след… Теперь мы будем уходить! Он умолк.
Юноша, лежавший на земле у его ног, поднялся, сел. Положил руку на его плечо, спросил:
— Куда отец?
Зюльмат, сбросив с плеч бурку, встал с камня, на котором сидел. Произнес задумчиво:
— Мы должны двигаться на юг…
— Будем драться? — спросил юноша.
— Нет, будем заметать следы, уходить от татарина! Сейчас нам не выгодно драться, Хейбар.
— Значит, мы хотим всего лишь перехитрить его?.. — В голосе юноши прозвучало разочарование.
— Вот именно, сынок! Надо перехитрить и татарина и судьбу!.. Завтра мы уйдем отсюда и подадимся к Красным скалам… Там переждем немного и, как только представится случай, махнем за Аракс! — Зюльмат опять медленно, словно гипнотизируя, обвел взглядом лица бандитов, спросил: — Может, кто против?..
