Священник неуверенно переступил порог ветхого, но еще не отслужившего свое деревянного дома. Обстановка скудная, мрачная. Всего две комнаты, не учитывая уборную . В самой большой комнате, гостиной, совмещенной с кухней, всего стол, диван и кресло, которым наверняка уже не первый десяток, кухня обставлена всего парой стульев и плитой. Судя по всему, другая комната была спальней хозяев. Священник осторожно закрыл за собой дверь, словно боясь, что она отвалится. Но он боялся другого. Он боялся ее. Она уже стояла за его спиной.
Священник присел на кресло, когда хозяин дома попросил его. Цель приходя священника все еще была ему не ясна. Он пришел неожиданно. никто даже не сказал ничего. Старушка молчала, пытаясь морщинистыми руками вязать что-то, смотритель молча смотрел на него, ожидая объяснений.
Может, хотите чаю? - старушка прервала молчание.
Пожалуй, - старик кивнул, не поднимая взгляд, сжимая в дрожащей руке холодные четки.
Старушка улыбнулась, медленно встав и пройдя на кухню. Священник вздрогнул, чувствуя,как сзади него досадливо рыкнули.
Я думала, ты уже заблудился, -Лекса залезла в теплый салон автомобиля, сразу же захлопывая дверцу и потирая озябшие руки.
Нет, просто попал в пробку, - Джон повернул руль, сворачивая на нужную дорогу. - Ты точно уверена, что стоит туда ехать?
Да. Если это не так, то значит, и я могу ошибаться, - Лекса расстегнула куртку, молча откидываясь на мягкое кресло.
Эй...Ты как? - Джон говорил нерешительно, словно боялся, что она закроется от него. Но Лекса только немного устало потерла щеки, все еще чувствуя себя овощем.
Я чувствую себя зомби. Но это пройдет, - Лекса взглянула на Риза, пристегивая ремень. - А ты?
Просто царапина, - он покачал головой, снова свернул на нужную им дорогу. - До свадьбы заживет. Мне Кларк звонила. Сказала, что ты не отвечаешь на ее звонки.
У меня села батарея, - Лекса отвела взгляд. Отлично, что дальше? Еще сильнее разругаются? Лекса надеялась, что она не сильно хочет убить ее. Даже Джону позвонила. Что он ей сказал? Лекса уверена, что лишнего он не скажет.
Вы поссорились, да? - Риз поглядывал на нее, но сразу же отводил взгляд на дорогу. - Она любит тебя, ты любишь ее. Главное - помни об этом. Она просто хотела позаботиться о тебе.
Я знаю, Джон. Я обязательно помирюсь, - Лекса неуверенно улыбнулась ему, но сразу же перевела взгляд на дорогу. Больше они ни о чем не говорили.
Горячий чай дымился в кружках, старушка все еще улыбалась, не смотря на то, что была немного похожа на зомби- огромные мешки под глазами, мертвенная бледность кожи. Она сильнее закуталась в шаль, пока священник отпил чай. По телу прошлись мурашки, следом тепло, и старик блаженно прикрыл глаза. Сейчас было спокойнее. Но все внутри словно сжалось, поджилки тряслись, руки еще сильнее задрожали, расплескивая чай по деревянной поверхности журнального столика. Черт.
Никто до сих пор не проронил ни слова. Только глубокие вдохи и хрипящее дыхание прерывали тишину.
Лекса не знала, сколько они стоят здесь, на обочине за густыми зарослями возле дома смотрителя. Они должны позвонить, узнать результаты экспертизы, и, пока Джон пытался поймать связь, Лекса внимательно смотрела в окна дома, в которых прекрасно можно было увидеть смотрителя, старушку, видимо, его жену, и еще одного мужчину. Но он сидел к окну спиной, и разглядеть его было сложной задачей. Но он явно носил балахон. Кто-то из местной церкви?
Наконец-то, - Лекса повернулась к Джону, который уже набрал номер судмедэксперта. Лекса стала рядом с ним, пока Риз включил громкую связь. Они были достаточно далеко от дома, и не было смысла беспокоиться на счет того, что их услышат.-Привет, Пэрриш, есть что-то?
Да. Тот отпечаток обуви на месте убийства второго трупа. Убийца явно шел через болото сюда, - парень на том конце провода чем-то шуршал. - А бусинки со второго трупа делают на четки для священников. Пока все. Через полчаса будет готово все остальное.
Спасибо, Михал, - Джон отключился. - Ну, что думаешь?
Думаю, что нужно брать его. Половина Варшавы стоит на болотах. Даже если я ошибаюсь, то лучше держать старика рядом. Но зачем ему четки?
Не знаю. Но лучше давай поторопимся.
Священник не знал, зачем вместе со старухой вышел на крыльцо дома. Вряд ли для того, чтобы подышать свежим зимним воздухом. Зачем? Руки тряслись словно в судорогах, но просто засунул из в рукава балахона, сцепив их в замок. Старушка что-то радостно напевала, ловко связывая цветастый шарф, но он не обращал на это внимания. Он чувствовал за своей спиной холод другого рода, не эту зимнюю стужу. А могильный холод.
Она все также стояла за его спиной, его верная спутница. Она что-то тихо шептала ему, но он не мог разобрать слов. Пока она не наклонилась к его уху, четко отчеканив:
Они знают.
Он вздрогнул. Его рука сама начала доставать из рукава балахона холодны металл.
