– Так ты с самого начала тут, верно? – ответила я за нее. – Даже и не подумала сказать мне? И наверняка ты не первый раз в его доме?
Катрина глубоко вздохнула и покаянно кивнула головой.
– Бог мой, – вдруг осенило меня, – да ты с ним была в более близких отношениях, чем говорила?
– Тебе-то какая разница? Что ты пристала ко мне?
– Катрина!
– Ладно, ладно! Я все не могла найти момент, чтобы рассказать тебе! – она отвела взгляд. – Но это было уже давным-давно! Довольна?
– Просто меня удивляет, что ты утаила это от меня.
– Не думала, что это такая уж важная информация, о которой нужно кричать на всех углах, – она взяла бокал с подноса проходящего мимо официанта. – Да что мы все об этом Пешехонове? Больно много чести! Лучше скажи как твои дела?
– Никак, – буркнула я, – не хочу замуж.
– Перестань. Даже слышать об этом не хочу, – отмахнулась Катрина. – Ты, конечно, девушка привлекательная, но вряд ли на твоем жизненном пути встретится еще один красавец-олигарх, предлагающий руку, сердце и кошелек. Не капризничай!
Тут произошло нечто такое, из-за чего мы с Катриной резко перестали пререкаться и уставились в одну точку. Вадим стоял на вышке бассейна с бокалом в руках и стучал по нему вилкой, привлекая внимание. Музыку приглушили.
– Друзья! – радостно и вдохновенно прокричал жених, а я поняла, он уже изрядно напился. Теперь осталось молиться, чтобы директор популярного журнала не спикировал вниз головой в бассейн. – Пожалуйста, поднимите бокалы! Я хочу сказать речь!
Толпа одобрительно загудела, наполняя фужеры. А я была как на иголках. К нам подошел неизвестно откуда взявшийся Роман Искандеров. Он подал нам бокалы и подмигнул мне.
– Друзья мои! – язык Вадима уже заплетался, и я сгорала от стыда. Впрочем, похоже, тут все были в таком же состоянии, так что, скорее, это я отбивалась от коллектива. А жених продолжал говорить:
– Для меня сегодня и вправду важный день! Я хочу поведать вам о великолепном событии, которое недавно произошло в моей жизни.
Роман увидел мою вымученную улыбку и шепнул прямо в ухо:
– Не переживай, все наладится.
Я удивилась его проницательности, было приятно, что он сочувствует мне. Справа появился Алексей. Он на ходу жевал бутерброд и запивал его шампанским. Было заметно, что он слушает речь своего босса невнимательно и не придает ей большого значения.
Вадим на своей вышке переступил с ноги на ногу, пошатнулся, но устоял, продолжая говорить.
– Раз уж так сложилось, что сегодня здесь много моих знакомых и даже друзей, – он нашел взглядом в толпе Романа и Алексея и кивнул им, – я счел нужным, именно сегодня, объявить всем о нашей с Эмилией помолвке!
Справа раздались звук бьющегося бокала и сдавленный кашель. Все стоящие рядом гости повернулись к Пешехонову. Я в ужасе смотрела на него – он раздавил бокал одной рукой! Шампанское разбрызгалось по полу и его костюму, стеклянные осколки смешались с кровью. Остальные, похоже, ничего не услышали – речь моего жениха потонула в овациях и поздравлениях!
– Я люблю тебя, Эмилия! – крикнул Вадик, выпил напиток, с чувством швырнул бокал себе под ноги и прямо в одежде нырнул вниз с вышки.
Алексей демонстративно отказался от помощи, которую ему предложили рядом стоящие люди, вытер руку полотенцем и собрал осколки. Я даже не заметила, как потом он незаметно смешался с толпой и исчез.
Отгремели первые поздравления, посыпались вторые. Большинство с нами не были знакомы, но поздравляли "за одно". Многие люди из журнала даже не знали, что мы с Вадимом встречаемся. Я поймала в толпе несколько завидующих и даже ошарашенных девичьих взглядов. Да, похоже, в нашем журнале не только Пешехонов был завидным женихом. Впрочем, мне было все равно. Вадим разделся до плавок, вытерся полотенцем и подошел ко мне. Чмокнул в щеку и пошел переодеваться.
Снова включилась музыка, и гости, в том числе и Катрина, снова устроили танцы. Мне же хотелось побыть одной. Я зашла в дом, поднялась наверх и зашла в темную спальню Алексея, где уже была часом ранее. Тогда я не обратила на обстановку никакого внимания, а сейчас с интересом разглядывала интерьер. Спальня была выполнена в этническом стиле, в светлых тонах. Кровать из бамбукового дерева, в углу стояли шкаф для одежды и старинный комод. Над кроватью висела огромная картина с двумя величественными горами, которые, казалось, были отражением друг друга. При виде этого рисунка я схватилась за сердце, ведь уже видела это раньше. Две горы, которые по непонятной причине разделились на моих глазах. Мой сон. Это так странно.
– Нашла, что искала? – раздался вдруг голос, а я смешно подскочила на месте. Это был Алексей. Он стоял в дверном проеме, ведущем на широкий балкон. Свет от прожекторов падал сзади, и я видела лишь его черный силуэт.
– Я ничего не брала! – подняла я ладони вверх, показывая, что в них пусто, а Пешехонов усмехнулся.
– Что ты здесь делаешь? – он подошел ко мне и легонько провел ладонью по моей щеке.
– А ты? – спросила я, неосознанно поддаваясь этой неожиданной ласке.
