– Пойдем со мной, – сказал он и утянул меня на балкон. Место было чудесное – если наклониться за высокие перила, было видно все, что происходит внизу. Отличный наблюдательный пункт.
Стало прохладно, я поежилась, и Алексей укрыл меня одеялом, которое взял со спинки своего стула. Оно все еще хранило тепло его тела. Я еще раз поежилась, но теперь уже от волнения, и он обнял меня поверх одеяла. И была в этом такая приятная нежность с его стороны, что шум, музыка и хохот внизу отошли на второй план и стали неслышны. Я бросила взгляд на столик. Там стояла наша бутылка коллекционного вина, уже откупоренная.
– Не понравилось вино? – заметила я нетронутый бокал вина.
– Редкостная кислятина, – усмехнулся Алексей мне на ухо.
Я затряслась от беззвучного хохота.
– Видимо, восемьдесят седьмой был неудачным годом для этих виноделен.
Алексей глухо засмеялся. Я извернулась в своем одеяле и посмотрела ему в глаза. Мы вдруг оба, словно очнувшись, услышали, как заиграла известная песня "Lady in Red".
Одеяло скатилось по моим плечам, а Алексей уже уводил меня в медленном танце. Я уткнулась носом в его шею и вдыхала аромат, который сводил с ума.
– Жаль, что ты не в красном… – прошептал вдруг он. – Нарушается весь смысл песни.
– Можно раздеть Катрин, – усмехнулась я, – правда, будет великовато.
– Я смотрю, ты надела кольцо, – заметил он, и я кивнула, продолжая обнимать его за шею. – У меня есть для тебя сюрприз, – вдруг сказал он.
– С некоторых пор сюрпризы меня пугают, – ответила я с придыханием, и наши взгляды встретились.
– Мой тебе понравится, – заверил он, и неожиданно поцеловал меня. Наверное, следовало оттолкнуть его, оскорбиться, но сейчас я никак не могла заставить себя сделать это. Ведь так сложно было оторваться от его горячих сладких губ. И пусть в глубине души у меня зарождались угрызения совести, блаженство, которое подарил его поцелуй, полностью затмил вину перед женихом.
Песня закончилась, мы оба выдохнули, но не разомкнули объятий. Я первая опустила взгляд. Положила голову ему на плечо и с дрожью в голосе произнесла:
– Я помолвлена.
– Я знаю, – тихо сказал он. – И мне очень жаль.
– Лёха-а-а! – вдруг прокричали снизу пьяным голосом. – Где же ты?! У нас закончилось шампанское!
– Это Лера, – его настроение неуловимо изменилось, он мгновенно подтянулся и посуровел.
– Пойду, пожертвую им бутылку кислого коллекционного вина, – подмигнул мне Алексей. – Для друзей ничего не жалко!
Мы вместе спустились вниз, но у входа в комнату, где мужчины играли в покер, я замешкалась. Сейчас мне не очень хотелось видеть жениха, который, переодевшись в сухое, ушел туда. Алексей довольно быстро разобрался с Лерой и подошел ко мне.
– Мне нужно поговорить с Вадимом, да и поиграть было бы неплохо.
– Поговорить о чем?
– О, это чисто мужской разговор, – он подмигнул мне, – обсудим охоту, ружья и…
– О, можешь не продолжать, – остановила я его. – Я так понимаю, что могу со спокойной совестью отправиться спать, раз на этот вечер не намечается больше ничего интересного? – это, разумеется, был намек.
Алексей усмехнулся и пожал плечами.
– Эмилия, если ты устала, то я могу лишь пожелать тебе спокойной ночи. Спи спокойно.
– Теперь мне сложно будет это сделать, – намекнула я на наш маленький секрет. Он усмехнулся и указал рукой в сторону моего дома.
Я вошла в свою комнату и сразу легла. Вопреки всему, заснула быстро и проснулась лишь тогда, когда услышала, как в комнату ввалился Вадим. От него сильно пахло алкоголем.
– С-солнышко, эй, солнышко, ты что, уже спишь? – он плюхнулся поперек кровати, устроив голову у меня на животе. – Не спи, у меня для тебя сюрпри-и-из!
– В полчетвертого ночи мне до ужаса интересно узнать, какой, – пробормотала я.
– Мы едем в Кению!
– Куда?!
– В Ке… в Ке-ни-ю! – по слогам проговорил он, радостно улыбаясь в потолок.
– Полагаю, я должна быть счастлива? – спросила я, теперь понимая, о каком на самом деле сюрпризе шла речь на балконе в доме Пешехонова. Передо мной промелькнули жуткие картины: туалеты на улице, соломенные хибары и львы, бродящие по улицам города. Меня передернуло. При случае надо будет сказать Алексею, что порадовать меня этим не удалось. Вадим тем временем развернулся в правильном положении, удобнее устроился, натянул на нос одеяло и прошептал, засыпая:
– Не знаю, как ты, но я точно счастлив.
Пока я не понимала, как отнестись к этой сногсшибательной вести. Но, засыпая, решила, что завтра будет новый день, и в нем не найдется места ни для какой Кении.
