– Помогите, – прошептала девочка, закрывая глаза и протягивая ему сверток, который все это время держала в руках. Когда он взял его, малышка вздохнула, будто сняла с себя тяжелую ношу и упала в беспамятстве. Губы ее, потрескавшиеся и сухие, говорили о том, что она много времени провела без воды. А тело, исцарапанное, грязное и в синяках, словно ей многое пришлось пережить.
Ученый развернул незатейливый сверток и удивился еще сильнее. Из-под грязного тряпья на него глядели большие карие глаза младенца. Он увидел чужого человека, испугался и заревел в голос. Его плач огласил пустынные земли масаев. Мальчик, что пришел с ними, подошел ближе, едва не теряя сознание. Он схватил ученого за руку и, опустив голову, чтобы отдышаться, прошептал:
– Нам нужна ваша помощь.
Сказать, что поведение Кулагиных нас удивило, значит, не сказать ничего. Они всегда казались милыми людьми, чуть помешанными на древности и артефактах. Я никак не могла предположить, что они будут злодеями в нашей истории. Это так озадачило меня, что я и придумать не могла, что делать дальше. Пистолет, направленный на Алексея, тоже весьма мешал сосредоточиться.
– Никуда она с вами не пойдет, – сказал Пешехонов, придерживая меня рукой, чтобы я не успела совершить какую-нибудь глупость.
– Уйди с дороги! – крикнула Ольга, бешено выпучив глаза. – У вас нет выбора! Либо вы сейчас же отдаете мне провидицу, либо я всех убиваю и забираю ее сама!
Борис тоже вошел внутрь с оружием в руках. Пираты замерли снаружи в ожидании. Даже Бык замолк, издалека наблюдая за происходящим.
– Постойте, постойте, – никак не мог прийти в себя Вадим, – это что, все игра какая-то? Подстава? Нас снимает скрытая камера? Какая, к черту, провидица? Что вообще происходит?
Его вопросы остались без ответов. Алексей и я переглянулись. Мы оба подумали об одном и том же – вот, кто были та женщина из подвала, в котором Бык держал меня в заточении. Но я никак не могла понять, зачем ей это было нужно.
Алексей медленной поступью направился к Ольге, глядя ей прямо в глаза.
– Оля, ведь вы не хотите делать этого? Ведь так? Отдайте мне пистолет. Мы выберемся и вместе поедем в Долину. Вы же понимаете, что перегибаете палку?
Бык предупреждающе поднял руку, и его приспешники вцепились в ружья, готовые в любой момент пустить их в ход.
– Чего вы хотите? – продолжал беседу Алексей, проникновенно глядя на чету археологов, стараясь незаметно приблизиться к ним. – Стать первооткрывателями? Так это не проблема, мы всему миру скажем, что это ваше открытие.
– Ни шагу дальше, Пешехонов! – жестко сказала Кулагина. – Мы не для того всю ночь гнали до Найроби и обратно за деньгами для выкупа, чтобы тут болтать с тобой по душам!
Борис резким щелчком перезарядил оружие, и все вздрогнули. Но фотокор не желал сдаваться. Он приподнял руки и спокойным голосом повторил:
– Отдайте мне пистолет.
Алексей сделал еще один шаг вперед, и тут раздался выстрел. Я зажмурилась. Пешехонов отпрыгнул назад, задев меня, и мы вместе повалились на землю. Вадим и Томми отскочили, спинами прислонившись к стенам амбара. Катрина испуганно прижалась к Роману. Оказалось, Борис предупреждающе выстрелил в воздух, попав в потолок сарая. Пуля, на наше счастье, не срикошетила, а прошла в одну из многочисленных дыр. Кулагин виновато втянул голову в плечи под грозным взглядом жены.
– Следующая пуля полетит в любого из вас, – сурово пообещала Ольга, пытаясь замять оплошность мужа. – Эмилия, без тебя у них еще есть шанс выбраться из этой передряги. Решай сама, желаешь ли ты смерти своим друзьям или пойдешь с нами добровольно?
Я осмотрелась. Все эти люди ни в чем не повинны. Они не должны были страдать из-за моего предназначения. И только я виновата во всем. Нужно было сразу послушаться Алексея и, бросив все, поехать с ним в Кению вдвоем. Но, бог мой! Какая я была глупая.
Я поднялась и уверенно направилась к ученым.
– Стой, Эмилия! Что ты делаешь? – забеспокоился Вадим и дернулся в мою сторону.
На него тут же направилось дуло пистолета Бориса.
– Простите… простите, что втравила вас в эту историю, – сказала я, повернувшись к друзьям. – Мы не случайно здесь. Мне очень жаль, что не рассказала вам обо всем раньше. Но вы бы все равно не поверили.
– Эмилия, не стоит… – начал было Алексей, но я перебила его.
– Расскажешь им все сам. Я ухожу с этими приятными людьми.
Я попыталась улыбнуться и еще раз оглядела всех, будто вижу их в последний раз. Моя любимая подруга с синяком на скуле, дрожащая, как осиновый лист. Роман, человек, который всегда поддерживал меня и поднимал самооценку. Томми, мальчик с живым взглядом и умной головой. Алексей – мужчина, которого я люблю. И Вадим… мой жених.
Я видела, как у Пешехонова в голове роятся мысли. Он пытался придумать, как исправить ситуацию, но не мог. Он готов был броситься в самое пекло, чтобы защитить меня, поэтому пришлось остановить его.
