Крок открыл глаза сидя на в кресле, и пуская из открытого рта слюни себе на плечо. Почавкав пару раз, он встал и тут же схватился за свою лысую голову. Протер свои растерянные большие глаза, напротив сидела Мара с детьми:
— Милый, они тебя пытали?
— Неистово… — прошептал Крок. — Родная, скажи, что сегодня выходной… Меня мутит.
— Я звоню Зор Хору и предупрежу, что ты берешь отгул.
— Спасибо.
Крок впервые за свои тридцать лет жизни испытал настоящее похмелье с легким чувством стыда — в лучших традициях, как говорится.
Несчастный Торин прошел на кухню за стаканом воды и снова залип в ступоре.
— Из чего ты сделана?
Нина Сталина стояла и начищала свой блестящий черный Наган ярко-красной тряпкой.
— Что это у вас, бластер?
— Это револьвер. Наган называется, пули на порохе. Безотказная штука, только так шпигует преступников свинцом.
— Мы же давно отказались от опасных материалов.
— Несчастные вы люди. Честно, из всех личных дел преступников во всех восьми колониях и на Земле я симпатизирую только Гроку. Да и не только преступников. Твой братец не боится жить. А вы боитесь, вот и существуете как слизняки немощные.
— Мы живем так, чтобы завтра было лучше.
— Чтобы завтра было лучше, нужно быть уже сегодня недееспособным и безоружным. — ухмыльнулась землянка.
— Точно я с Гроком родственник, а не вы? Вот он бы ответил точно так же. — Крок сел за стол и облокотился лицом на ладони. — Застрелите меня из своего нагана, это невыносимо.
— Невыносимо жить в ночи круглые сутки, я здесь седьмой атомный год и уже в безвылазной депрессии. Вот ты сейчас можешь выпить немного водки, и тебе снова станет хорошо, вот такой вот парадокс. А вот если к темноте на улице сейчас и свет в твоей кухне выключить, то мне ни на грамм не полегчает.
Грок тупо вылупился на нее своими огромными глазами с полопавшимися красными капиллярами.
— Ну, наливай.
— Ваше здоровье. — ответила Сталина, и они опрокинули в себя по рюмке синхронно скорчившись друг на друга.
На кухню забежала Мара:
— Грок в гостиной… Что мне делать?
Доброжелательное лицо Сталиной мигом превратилось в расчетливый волчий взор перед атакой.
— Дайте ему посюсюкаться с племянниками. А вы, Крок, выходите на контакт.
— Стоп-стоп-стоп! Избавьте! — вырвалось у Крока, — Он здесь, он вам нужен, вот и берите его с потрохами! Я не желаю участвовать в этих ваших темных делишках. Еще и детей впутать моих собрались. Мне кажется, кто-то путает берега. Тем более вчера вы обещали, что я вам нужен для выхода на брата.
— Обещать не значит жениться. — нагло оборвала его Сталина. — Вышел и начал тереть с ним за будущие дела, мне нужен его заказчик.
