В помещении что-то задребезжало, и поднялся ультразвуковой писк. Торин посмотрел в зеркало, как вдруг из-под его воротника вдруг выстелили и посыпались искры.
На солдате позади него был стеклянный шлем с проекциями. Это был точно не бесогон. Форма офицера Альянса. Странно, эти обычно не мараются с тем, чтобы лично кого-то вести.
Солдат снял шлем. Кроку заулыбалась довольная физиономия Грока.
— Ты!
— Мир тебе и свет, брат! Жучок сгорел, можно и потрещать.
Волосы Грока стали еще длиннее, а лицо стала украшать ухоженная борода и усы. Близнецы перестали быть похожими. Крок развернулся и развел от удивления руки.
— Как?! Ты же?! А там?! Сафхантер! Угнали же! Я не понимаю! Офигеть! Офигеть! А ты здесь…
— У кого-то приступ синдрома Туретта. — Грок спокойно обошел растерянно дергающегося старшего братца. — Да все в норме. Сафхантер никто не угонял. Пока что.
— А как же? Они же ищут…
— Да они придурки, вот и ищут. Мы с Булой сделали стерео-проекцию, натянули ее на робота, и включили. Он тупо стал невидимым. А они тут же отгородили территорию, построили здесь этот городок из своих палаток. Вот ничего мудреного и не было в том, чтобы поставить еще одну свою палатку, и ждать, пока они привезут ко мне тебя сами. Сам же я сафхантер не потяну в управлении, да я и не пилот такого робота. А у нас есть время, пока телепортируют следователей с Земли, они сами шага ступить не могут во внештатной ситуации.
— Серьезно? Грок! Вы тупо натянули полотно стерео-проектора, и батальон солдат в упор не видит гигантского робота?
— Прикинь. — Торин младший поднял брови так сильно, что его уши тоже немного сместились к темечку.
— Так, а что бы тебе тогда и субмарину не угнать сразу… — Крок опомнился. — Ах, да.
Грок плюхнулся в кресло, висящее на подставке-луче, и закинул ноги в блестящих черных сапогах на стол.
— Сейчас они подугомонятся, и мы с тобой быстренько сгоняем к нашей с тобой шахте, переключим гофр к субмарине. Була уже ждет там в подлодке. Накачаем газового сафита и все, по коням.
— А что у тебя заказ именно на газовый?
— Ага.
— А откуда ты знаешь, что это не подстава?
— Это Эгида. — Грок слегка прокашлялся. — Да и в сделке твое участие не понадобится. Не забивай свою гениальную голову.
— Вот это ты здорово придумал. Я, значит, твой подельник, мы проворачиваем самое наглое преступление за всю историю Сафира, это если проворачиваем. Ты пропадаешь, а я что? Вместе с детьми и Марой на нары? А может и на стул электрический.
Грок тяжело вздохнул. Он наклонил голову и непривычно серьезным для него тоном произнес.
— Крок, вас скорее всего депортируют на другую планету. Даже точно.
— Ну, и на кой черт оно мне надо? Еще и с мафией космической вязаться.
— Ты в неведении, как и все вокруг. Я кое-что узнал, брат. Ты не задумывался, почему у нас так строго все? Нам скоро запретят смотреть на небо. Телескопы на Сафире — вне закона уже как три тысячи лет. Не смущало тебя никогда? Не думал, как планета выкачивается? Десять миллиардов людей добывает руду. Мы тащим сафит всеми способами из этой планеты. Зачем такая спешка?
— Ну, что касается телескопов, то и по сети здорово смотреть небо и изучать космические тела. А добыча… потому что людям нужна работа, а сафит может ее предоставить каждому.
— А что, если я тебе скажу, что земляне задумали через пару-тройку лет перемолоть в крошево твой любимый дом?
— Что ты куришь? Сафир их кормит и тащит.
— Брат, десять лет назад я напоролся на интересный артефакт…
Грок надел стеклянный шлем. К нему в руку прилетела проекция светящегося кубика, а вокруг полетели проекции планет и звезд. С потолка посыпались цифры иероглифы. Те же самые, которые при первой встрече со Сталиной она показывала Кроку в гостиной год назад.
Зашифрованная проекция сыпалась и выстраивалась в длинную и сложную формулу. В то же самое время космические тела красиво и ярко мелькали друг мимо друга. Цифры сыпались, иероглифы испарялись, либо превращались в арифметические знаки, формула решалась вместе с появлением новых знаменателей. Темная планета продолжала двигаться.
Пример то становился длиннее, то укорачивался, расходился на несколько вариантов решения, которые сливались и образовывали новую формулу. Тем временем темно-синяя планета преодолевала туманности, расходилась с кометами и сжигала в своей атмосфере метеориты. Каскад цифр и иероглифов закончился, пример, растянувшийся на все помещение начал уменьшаться.
Сафир уверенно крутился вокруг своей оси, а вокруг него все мелькали планеты. Когда пример представлял собой вычисление из пяти двадцатизнаменательных чисел в углу комнаты появилась Земля. Пример решился, формула обнулилась, а обе планеты столкнулись, перемешиваясь в гравитационном вихре разрушенных космических тел, перемешивая магму и оголив ядра, отбросив залитой магмой Луну.
Крок от увиденного пошатнулся и облокотился на серую балку держащую купол серебристой палатки. Сердце заколотилось, кровь ударила в голову. Страшно увидеть смерть свей планеты, подтвержденную еще и вычислениями траекторий движения обоих космических тел.
