— Тебе же сказали куда идти, Борис. — ответил болезненный прихрюкивающий голос Крока из бюстгальтера.
Но тот все дебильно лыбился, сведя ладони перед собой, и ждал хоть каких-нибудь указаний.
— Неси, неси воду. — проскрипел противный голос очнувшейся Ситы. — И лед неси, все неси, только скройся уже. А ты, лысый, если не уберешь свою лупоглазую харю от моих сисек, будешь иметь дело с моим мужем.
— Да больно нужны мне твои сиськи. — уткнувшись в них же причитал Крок. — Вот только на мне туша твоего супруга лежит, давай, перетелепай ему как-нибудь, как вы там это делаете, чтобы слазил уже, я вам не матрас.
Грок будто мешок с мусором ногой свалил трещащего о чем-то Булу с брата, Крок сполз с Ситы и получил дамскую пощечину синей рукой ведьмы, которая тяжело поднялась и начала поправлять одежду.
Белоснежные своды с мигающими дорожками и множеством ярких красочных экранов в стенах, которые было видно в открытом дверном проеме гравитона говорили о том, что компашка добралась до орбиты. До элитной космической яхты, предназначавшейся для первых лиц.
Пока четверо молча переглядывались и с недоверием озирались по сторонам, ища взглядом Кысю, вернулся Борис с подносом с четырьмя стаканами и ведром льда.
— Дамы, господа, вода.
— Капитан очевидность. — пробурчал Грок.
— Что с ним не так? — Крок удивленно разглядывал почему-то радостного накрахмаленного Бориса, протягивающего ему воду,
— Да все в порядке, обычный био-робот.
— Кто?
— Местное привидение. — Грок выдохнул, и улегся на спину на черной сидушке гравитона, устраиваясь по-удобнее.
— Я человекоподобный механизм, являюсь хранителем королевской космояхты «Надежда», добро пожаловать! По любым вопросам обращайтесь ко мне, можете вызвать меня нажав на вот такую кнопку в стене, с нарисованным человечком, и я сразу приду.
— А на что нажать, чтобы ты ушел? — не поворачиваясь к нему прошептал Грок.
— Не нужно нажимать, у меня сейчас совершенно нет никаких дел, и я полностью в вашем распоряжении.
— Поучился бы манерам у робота. — протрещала Сита, придерживая трещащую голову.
— Говори телекинезом, от твоего голоса становится еще хуже, ведьма — Грок все не поворачивался. — Таблетка есть?
— Созреет к концу сектора. Скоро.
— Ммм… И че я маленьким не умер… Проклятая рептилия, в этот раз она что-то люто нахлабучила.
Борис снова наклонился к валяющейся кто-как компашке сафириан и мутантов.
— Прошу прощения, но господин Эрч просит вас как можно скорее подняться в капитанскую рубку.
— Иди к нему, и скажи, что мы сейчас будем.
Грок через силу поднялся и встал, прикрыв руками свои огромные глаза.
— Конечно. — мягко и учтиво ответил Борис и удалился.
Вторым поднялся Крок. Его вид передавал все невзгоды, которые можно было пережить. Или не пережить. Мокрый и с ожогами, в ссадинах и синяках, а каждое его движение сопровождалось костоправным хрустом. Из лысины потихоньку сочилась кровь, а лохмотья были такого вида, что выйди он на любую сафирскую улицу, то непременно получил бы подаяние. Братец его, к слову, был не лучше.
— Кто такой господин Эрч? И чего это ты сразу подорвался, едва услышав его имя?
— Хороший человек. Но опасный. Глава Эгиды. Сейчас познакомишься.
— Ладно.
Спустя пару минут эти четверо шагали по широкому коридору космояхты.
И она была шикарна. Овальный коридор грел взгляд теплым и в меру ярким белым светом отовсюду. Огромные панорамные окна в космос, с кристально чистым стеклом, настолько чистым и прозрачным, будто его и нет совсем. Мониторы, подсказывающие направление и навязчиво предлагающие все, что душе угодно, и дорожка, подсвечивающаяся под ногами зеленым, направляющая наших героев. Сто шагов и пару поворотов, и они вошли в капитанскую рубку, размером с зал семейного ресторанчика.
В огромном черном кресле капитана сидел лысый бородатый мужчина. Длинная седая борода его была заплетена в косу с пушистым кончиком. А выше ушей бегало тату-пламя, напоминающее дракона. Его большие зеленые глаза были наполнены суровостью и жестокостью. Нет, не мудростью, а яростью, сжигающей, лишь взглядом. Всем своим видом он говорил о могущественности и силе. Да чего стоило только его телосложение, настоящий атлет с мощными мышцами, которыми он явно гордился, потому что из одежды на нем была какая-то кожаная коричневая юбка до колена. Да перекинутая через плечо толстая лямка, прикрывающая только половину раскачанного торса. Весь в живых татуировках, видимо, рассказывающих о его приверженности к какой-то воинственной касте. И не удивительно, что голос у него оказался по истине громогласным.
— Вы влетели в альфа-тоннель на глазах у всей планеты.
— Хэммер, посмотри на нас, ты думаешь у нас был выбор?! Мы рискнули выйти на орбиту в гравитоне! Хорошо, что в грузовых есть плазменные турбины, а то телепались бы, как в проруби, ну, ты знаешь что. Да и кто там сейчас знает, куда мы полетели на орбите, там внизу такой трэш! А весь Солох утыкан альфа-тооннелями, как днерождебный торт свечками на праздновании трехсотлетия.
