— Братья, сестры. Мир вам и свет. Я обращаюсь к руководству планеты, к тем, кому хватило храбрости не сбегать на орбиту. Я призываю. Необходимо экстренно отключить телепорты. В ближайшее время будет нанесен второй удар с Земли. Выживут немногие. Если выживут. Земляне будут бить по бесам, уничтожая нас. Я — Грок Торин, и беру на себя всю ответственность за происходящее на улицах каждого города на Сафире. Бесы не причинят вреда ни одному человеку на планете. Они вышли из резервации и дали бой, чтобы защитить нас, пусть и против нашей воли. Не смотря на наши большие глаза, мы слепы. Нам внушили, что нельзя сомневаться в Альянсе, в верности их идей, в необходимости следовать указаниям исходящим непонятно откуда, непонятно от кого. Пусть в это сложно поверить, но наша планета — угроза для Земли. И Сафир еще не разнесли в щепки, только по тому, что в недрах еще очень много сафита. А жадность и алчность землян не позволяет им расправиться с нашим домом прямо сейчас. Братья, сестры… Бесогоны, бесы… Единственный выход — это борьба. Мы должны сплотиться. Мы должны перейти на сторону Эгиды и дать отпор земному флоту. Если не отключить телепорты, Сафир будет уничтожен сегодня же, нас принесут в жертву не раздумывая, как это однажды бывало. Тем более после моего обращения. Я все объясню. Даже покажу. Только услышьте меня, молю. Если отключить телепорты прямо сейчас, то у нас есть шанс собрать все силы в один кулак и нанести удар. Пока флот будет добираться до Сафира от Греты, мы успеем подготовиться. — Грок достал из кармана кубический артефакт. — В моих руках доказательство того, что Земля и Сафир однажды столкнутся. Одну планету придется уничтожить, чтобы другая продолжила существование. Угадайте, кем пожертвует Альянс?
Весь Сафир прильнул к экранам транслирующим обращение из кабинета председателя. Люди и бесы стояли рядом, молчали и смотрели на бегущую проекцию их планеты, вычисление меняющихся формул, преодоление галактик и финал: страшное столкновение с Землей.
Да, обычно революции принуждают массы думать по-другому, менять взгляды. И главное слово в предыдущем предложении ПРИНУЖДАЮТ. Но сафирцы — сама прагматичность и рассудительность. Они научились видеть и принимать факты. Их не нужно было заставлять верить. Грядет апокалипсис. Время сплотиться. И это понял каждый… Никогда сафирская цивилизация не была столь едина, как в этот момент. На все вопросы, которые когда-либо появлялись в головах этих бледных людей был получен ответ. Полыхающая пожарами планета обрела смирение. И растерянность. Им нужен был вождь. Грок Торин в мгновение ока стал вторым Че Геварой. Физиономию большеглазого «Эрнесто» запечатлели миллиарды сафириан в своих коммуникаторах. Ему поверили. Негласно его выбрали.
— Мужик, я не знаю кто ты, но я с тобой. — пробормотал шокированный длинноволосый парнишка из-за камеры.
Даже Эрч стоял и кивал. Чувство правого дела переполняло амбициозного старика. Со своей ехидной улыбкой он повернулся к Кроку, уже чувствующему, как груз ответственности будущих дел в космосе все больше переваливается на его плечи. Хэнтер легко стукнул Крока кулаком в плечо.
— Вот это шоу. Это тебе не яйцеклетки мутантские глотать.
На самом деле Эрч просто хотел отвлечь Крока. Все понимали, что с этого момента Гроку необходимо остаться на темной планете. Вот такой вот поворот. А путь его старшего брата ведет в глубины космоса, по следу ультракосы Авроры. И его новый дом теперь Надежда.
Такова судьба близнецов. Один мечтал о Земле и своей мечтой сам же сделал себя узником Сафира. Второй хотел жить с семьей в своем доме, воспитывая детишек и обнимая ночью любимую супругу. Но вынужден лететь за ними, преодолевая расстояния в тысячи световых лет, красться и ждать встречи с самыми дорогими людьми во вселенной, в неизвестном ее уголке.
Оператор убежал куда-то в другую комнату и вернулся в слегка присвистывающем экзоскелете. Парнишка снял камеру, установил ее на плечо. Он ждал, когда Грок выйдет из-за кафедры генсека. И тот пошел.
Камера вела их по полуразрушенным коридорам. Грок уверенно шел вперед. Они сделали все. Они сделали даже больше. Грохот толпы снаружи скандировал «Торин!». Он выступил, его выбрали, его приняли. Он шел к людям, которые ждали, что их поведут. Коридор за коридором, поворот за поворотом и они вышли на огромный парадный выход с сияющими колоннами-аквариумами. Подумать только, пришлось разрушить пол-планеты, чтобы тебя начали слушать.
Площадь была уставлена тирексами и танками. Бесогоны, гражданские и призраки стояли одной толпой. Они скандировали его имя. Они ждали продолжения речи. Они ее получили:
