Сага о бездарном рыцаре 8 полностью

— Довольно игр. Я не уступлю. Моя Безымянная слава неуязвима. До сих пор для меня не было ничего невозможного. Все мои желания исполнялись. Поэтому... Поэтому я смог махнуть рукой на себя! Я потерял дом, семью, друзей... самого себя! И иного я не признаю! — Из уголков выпученных глаз покатились кровавые слёзы. — Тебя не признаю!

Давным-давно он узнал об одном парне из знаменитой семьи, который родился бездарным и давно должен был сдаться, но упорно шёл вперёд и в конечном счёте прославился на всю страну.

Аманэ невольно погрузился в мечты, представил себя таким же храбрым и отчаянным, нафантазировал себе другую, более светлую жизнь и… осознал, насколько пропащим человеком был на самом деле.

В его душе закипела чёрная концентрированная ненависть.

«Хватит уже мечтать! — заорал тогда он на себя. — У тебя нет ничего! Ничего! Ни родителей, ни друзей, ни самого себя!»

— Ты… только мешаешь мне!

— Ты… — начал Икки, но его перебил резкий крик.

— Куроганэ, назад! Мы займёмся им! — Куроно призвала девайс, запрыгнула на ограду и приказала остальным рыцарям-магам: — Хватаем его!

Они тотчас пришли в движение, но…

— Не мешайте мне-е-е-е-е-е-е! — заорал Аманэ и потянулся чёрными руками к трибунам.

Нэнэ схватила микрофон и крикнула:

— Ставьте барьер! Не дайте им коснуться вас!

Обеспечивавшие безопасность во время проведения Фестиваля рыцари не зря считались лучшими из лучших. Они мгновенно сотворили магические щиты. Руки врезались в них и в бессильной злобе заскребли когтями по невидимой преграде.

Внезапно зрители разразились дружными воплями.

Парочка рук всё-таки добралась до трибун и сломала их точно так же, как и арену. Пятна «гнили» начали расползаться, словно чернильная капля по белой ткани.

— Это разложение?! — обеспокоенно воскликнул Иида. — То, чего касаются чёрные руки Синомии, тотчас начинает разрушаться! Но как такое возможно?! Причинно-следственные способности влияют только на вероятные события! Тогда как срок годности усиленного бетона, из которого построен стадион, больше сотни лет! Он не может раскрошиться ни при каких обстоятельствах!

— Он стал по-другому прикладывать силу, — ответила Нэнэ.

— Простите, что?

— До сих пор Ама-тян использовал, так сказать, первую фазу своей силы — не контролировал её, а позволял свободно течь. Ему хватало. Но теперь он перевёл её во вторую фазу и призвал чёрные руки, то есть концентрированную мощь Безымянной славы. Тем самым он усилил её свойство вмешиваться в судьбу! Теперь ему не нужно менять причинные связи. Он просто захотел убить и призвал эти чёрные руки, которые, минуя всякие процессы, приводят всё к неизбежному результату — к смерти! Одно прикосновение — и ты на том свете! Нельзя медлить, иначе будут жертвы! Эй, босс, уведи зрителей отсюда!

— С-Сайкё-сэнсэй, а что вы будете делать?!

— Схвачу этого засранца! Ку-тян и остальные и без того заняты защитой!

Нэнэ призвала веер Бэниироагэха, одним взмахом разбила стекло комментаторской кабинки и, окутав себя плотным слоем магии, хотела выпрыгнуть, как вдруг…

— Не нужно, — сказал Икки.

– Ты чего, Куро-бо?

— Я остановлю его, сэнсэй, а вы защитите зрителей.

— Не дури, Куроганэ! Ты уже победил! Можешь отступить! — крикнула Куроно.

— Не могу. Во-первых, вам ни в коем случае нельзя ослаблять защиту. А во-вторых, Аманэ-кун смотрит на меня.

— Куроганэ!

— Несмотря на глубокую рану и проигрыш, Аманэ-кун до сих пор не сдался. Я не могу отвернуться от него, — ответил Икки и наставил меч на врага.

Естественно, он не собирался отступать. Ведь...

— Наконец-то ты раскрылся, Аманэ-кун.

...Впервые Синомия отбросил ложь и показал истинное лицо.

«Моя Безымянная слава неуязвима. До сих пор для меня не было ничего невозможного. Все мои желания исполнялись. Поэтому... Поэтому я смог махнуть рукой на себя!» — кричал он.