– Кто там? – отозвался за дверью мужчина, нотки испуга промелькнули в его голосе.
– Посланник герцога – рыцарь де Брас!
Человек за дверью, похоже, размышлял, открыть дверь или нет. Наконец, засов звякнул, и гостя впустили в келью. Жильцом этой маленькой, бедно обставленной комнаты оказался среднего роста, слегка полноватый человек. Внешность его хоть и не отличалась красотой, располагала к себе, вызывая доверие и уважение. Лайк, так его звали, посвятил свою жизнь изучению истории и философии.
– Вы все время запираетесь на ночь? – начал свои расспросы рыцарь, без разрешения усаживаясь на кособокий табурет, как и положено высокородному хаму.
– Теперь все время. Правда, и это не всем и не всегда помогает!
– Вот как? С этого места подробнее. А то герцог в полном неведении о событиях в замке и весьма сильно озабочен сложившейся ситуацией.
– Люди все равно умирают, их не защищают замки и засовы. Только те, кто не боится гибели, не закрывают вечером дверей.
– Почему никого из представителей будущей Академии сэр Ларк не приглашает к себе на ужин? Меня это весьма удивило.
– Мы для него люди низшего сорта! – горько усмехнулся Лайк, исподлобья следя, как де Брас прореагирует на его слова. – Он считает, что люди не должны много думать, изобретать, писать какие-то книги. Грамотность для него скорее порок, чем достоинство. Он об этом прямо не говорит, но это не сложно понять…
– Как вы считаете, отчего умирают люди в замке?
– Потому что они должны умереть! Ибо ничто и никто не вечен в этом мире. Все имеет свой конец и свое начало, – заметил философ. – Благородный рыцарь мог ко мне не зайти, но он зашел. Обычный камень, как и слиток золота, не в состоянии остановить поток бытия, даже если они лягут поперек течения вечной реки. Вы еще не женаты, молодой человек? Женитесь и познаете философию во всех ее тонкостях.
Философская истина навеяла скуку, пробудила некоторую боль в спинном мозге, и де Брас поспешил откланяться, поскольку до встречи с прекрасной дамой оставалось совсем немного времени.
Обдумывая разговор с Лайком, доблестный рыцарь готовился навестить баронессу. Побрился с помощью замкового брадобрея, причесался и даже тайно совершил омовение в замковом рву и освежился дезодорантом. Кольчугу после долгих раздумий пришлось оставить в специальном сундуке, который никто не смог бы открыть, кроме хозяина. Чтобы его разбить, потребовался бы, как минимум, ядерный заряд или мощный лазерный резак. Конечно, в кольчуге спокойнее, но не идти же в доспехах к даме. До полуночи оставалось пять минут, когда страждущий ловелас вышел из своей комнаты.
Вход в покои светской красавицы долго искать не пришлось. Рыцарь коротко стукнул три раза, как и было условлено, и стал ожидать начала романтической встречи. Дверь открыла молоденькая русоволосая девушка в просторной красной тунике.
– Госпожа ждет вас, – поклонившись, произнесла служанка. – Прошу вас.
Комната представляла собой просторную гостиную, пол которой был покрыт широким пушистым ковром, испещренным знаками, напоминающими иероглифы. На стенах висели гобелены, изображавшие сцены охоты и турниров, несколько удобных мягких кресел расположились вокруг резного невысокого столика. В углу под прозрачным балдахином находилось ложе, покрытое рыжими лохматыми шкурами. В углах комнаты стояли золотые курильницы, источавшие сладковатый, приторный аромат. В общем, обиталище благородной дамы обладало известным шармом, непривычным для темных времен этой планеты. Но вот сама баронесса явно не спешила на встречу, очевидно, собираясь поразить гостя чем-то необычным.
– Где же сиятельная баронесса? – спросил рыцарь у девушки, выдержав положенную паузу.
– Госпожа делает макияж. Скоро придет, просила немного подождать. Угодно ли благородному рыцарю вина, фруктов или мальчика, чтобы скрасить ожидание?
– О нет! Я пожалуй… Посижу у камина, а то в замке довольно сыро.
– Как будет угодно благородному воину, – присела служанка в глубоком реверансе и удалилась в комнату для прислуги.
Ожидание сиятельной дамы было не то чтобы долгим, но появилась она не быстро, а, как и положено этикетом, через некоторое время. Приближение дамы Брас ощутил по запаху, легким движениям портьер, едва слышным шагам, еле-еле уловимому дыханию. Казалось, что желания этой дамы обладали невероятной силой, противиться которой было почти кощунством, ересью, противоестественным стремлением.
Прекрасная обольстительница вошла в опочивальню, словно прекрасное видение, неуловимое, но в то же время из плоти, молодой, страждущей и невероятно красивой. Дама легко, словно сама соткана из легкого ветра, подбежала к рыцарю, опустилась на колени и улыбнулась.
– Благородный рыцарь! – горячо прошептала она. – Сколько раз я видела тебя во сне, ты являлся ко мне и в мечтах! Как я ждала этой встречи, как верила в то, что ты когда-нибудь придешь! Я так хочу тебя любить! Люби же и ты меня!
Ошарашенный столь яростным напором сэр Брас молчал, не зная, как себя вести. Легкие движения изящных женских рук заставляли снять тунику, шальвары, чтобы не томить красавицу ожиданием.
