После этого Горм-конунг отправился домой с почетными дарами. Ему хотелось испытать ее мудрость, и когда он вернулся к себе, то сделал так, как она велела. Конунг спал три ночи в этом доме, а трем сотням своих людей наказал охранять его, чтобы не случилось измены. Потом конунг послал своих людей к ярлу и его дочери, чтобы они рассказали его сны. Когда она услышала их рассказ, то велела передать конунгу, что пойдет за него замуж. Послы сообщили конунгу, как обстоят дела. Он обрадовался таким известиям и не мешкая собрался в путь со многими провожатыми, чтобы сыграть свадьбу. Горм-конунг приехал в Хольтсеталанд, и когда Харальд-ярл узнал о его приезде, то приготовил пышный пир и на нем сыграли свадьбу.
Вот как Горм-конунг и его жена Тюра занимали гостей на том пиру: он рассказывал свои сны, а она их толковала. Конунг рассказал, что ему привиделось в первую ночь. Будто бы он стоит под открытым небом, а перед ним его владения. И будто бы море отступило от его земли так далеко, что воды не стало видно и все проливы между островами и все фьорды высохли. Тут он увидел, как из моря вышли три белых быка. Они поели всю траву на земле и ушли назад в море. Второй его сон был таким. Ему привиделось, что из моря вышли другие три быка. Они были бурые и с длинными рогами. Они поели всю траву и ушли назад в море. Третий сон был таким. Конунг увидел, как еще три быка вышли из моря. Эти быки были черные, еще больше прежних, и рога у них были еще длиннее. Они поели всю траву и ушли назад в море. Тут он услышал такой сильный шум, что сдавалось ему – шум этот был слышен по всей Дании, и увидел, что то был шум от морского прилива, когда вода снова хлынула на сушу.
– А теперь, жена, мы хотим, чтобы ты истолковала эти сны, потому что всем будет занятно это послушать.
Она ответила согласием.
– То, что из моря на берег вышли три белых быка, – это к трем снежным зимам. Снега выпадет так много, что по всей Дании будет недород. А когда на берег вышли еще три быка, бурые, – это к трем малоснежным зимам, но и они будут худыми. А то, что на берег вышли три черных быка, это значит – быть трем зимам таким суровым, что никто не припомнит подобных, и недород будет такой, какого еще не бывало. Длинные рога у быков – это к тому, что многие люди лишатся своего добра. А тот сильный грохот, что ты слышал, когда море хлынуло на берег, – к тому, что между знатными людьми в этой стране начнутся распри, и это будут твои родичи. И если бы тебе привиделось в первую ночь то, что ты видел в последнюю, это предвещало бы, что те распри случатся при твоей жизни, и тогда я не пошла бы за тебя замуж. Но я могу кое-что сделать, чтобы отвратить голод.
После этого пира Горм-конунг и его жена Тюра отправились домой в Данию. Они велели нагрузить много кораблей зерном и другим добром и отвезти все это в Данию. Так они делали каждый год, пока не случился недород. И тогда они ни в чем не имели нужды, как и те люди, что там жили, потому что они щедро делились запасами с жителями своей страны. Тюру считали самой мудрой женщиной, какая появлялась в Дании от века, и прозвали ее Спасительницей Дании.
У Горма-конунга и его жены Тюры было два сына. Старшего звали Кнут, а младшего Харальд. От обоих многого ожидали в будущем, но Кнут всем казался более мудрым. Он воспитывался у ярла Клакк-Харальда, своего деда. Ярл очень привязался к нему, и все его люди тоже. Харальд рос дома у своего отца, и его смолоду там невзлюбили.
Горм-конунг послал своих людей к Харальду-ярлу – звать его на йоль к себе на пир. Ярл обещал, что приедет, и послы конунга вернулись назад. Ярл собрался в путь, и они ехали благополучно, пока не добрались до Лимафьорда. Там они увидели небывалое дерево: на нем были цветы и маленькие зеленые яблоки, а на земле лежали большие и старые яблоки, что поспели здесь летом. Они очень дивились этому, и ярл сказал – думается ему, то великое знамение. Надо, мол, повернуть назад. Так они и сделали. Эту зиму ярл провел у себя дома.
Конунг удивился тому, что ярл не приехал. Следующей зимой конунг послал своих людей с таким же приглашением, и ярл обещал приехать. И вот ярл со своими людьми добирается до Лимафьорда. На корабле с ними было много собак, и тут они услышали, как щенки залаяли в сучьих утробах. Ярл сказал, что это великое знамение и что надо повернуть назад. Так они и сделали.
Эта зима миновала, а на третью зиму конунг снова послал своих людей к ярлу звать того на йоль, и ярл снова обещал приехать. Он ехал, пока не добрался до Лимафьорда. Тут они увидели, как одна волна поднялась внутри фьорда, а другая снаружи, и обе они устремились навстречу друг другу, так что вода забурлила. И когда волны встретились, то сшиблись между собой, и все море стало красным как кровь. Тогда ярл сказал:
– Это великое знамение, и мы должны вернуться.
Ярл провел и этот йоль у себя дома.
