Теперь, когда Свейн стал конунгом, он считал, что должен справить по отцу тризну. Он пригласил на нее Пальнатоки, но тот ответил, что не сможет приехать к началу зимы: я-де узнал, что мой тесть Стевнир умер, и теперь все его владения принадлежат мне.
Той осенью не стали справлять тризну, а Пальнатоки уехал из Дании. Он оставил своего сына Аки управлять хозяйством на Фьоне и просил, чтобы Свейн-конунг опекал его. Конунг обещал ему это и исполнил свое обещание. Пальнатоки отправился в Бретланд и стал править там. Так прошел год.
Следующим летом Свейн-конунг послал к Пальнатоки своих людей, чтобы звать его на тризну, но Пальнатоки ответил, что не может приехать, поэтому тризну не стали справлять и в этом году.
Когда наступило следующее лето, Свейн-конунг велел готовить тризну. Он снова послал своих людей к Пальнатоки – звать его на пир и велел передать, что разгневается, если тот не приедет. Пальнатоки ответил посланным, что приедет и что конунг может готовить пир. Конунг так и сделал и позвал на тризну много народу. Но когда все было готово и приглашенные собрались, Пальнатоки еще не явился, хотя день клонился к вечеру. Гости сели пировать, и конунг велел оставить свободными почетное место против себя и места на нижней скамье для сотни человек. Потом они принялись бражничать.
Теперь надо рассказать о Пальнатоки и Бьёрне Бретландце. У них было три корабля и сотня воинов. Половина из них были датчане, а другая половина бретландцы. Тем же вечером они пристали к берегу неподалеку от усадьбы конунга. Погода стояла ясная. Они развернули свои корабли носами в открытое море, привязали их к берегу кормовыми канатами и вставили весла в уключины. Потом все вместе они направились в палаты конунга. Пальнатоки вошел в палаты со всеми своими людьми, предстал перед конунгом и приветствовал его. Конунг ответил ему благосклонно и указал места ему и его людям. Они принялись бражничать. Тут Фьёльнир наклонился к конунгу и стал что-то тихо ему говорить. Лицо у конунга изменилось и стало красным как кровь.
Был человек по имени Арнодд. Он был конунгов свечник и стоял перед его столом. Фьёльнир дал ему какую-то стрелу. Он велел ему пройти по палатам и показывать ее всем, кто там сидел, пока кто-нибудь не признает ее своей. Тот пошел вдоль верхней скамьи – сперва в глубь палат от престола конунга, а потом по направлению ко входу. Потом он пошел от входа вдоль нижней скамьи по направлению к Пальнатоки и спросил его, узнает ли он эту стрелу. Пальнатоки ответил:
– Как мне не узнать свою стрелу. Дай ее мне, она моя.
Как только Пальнатоки признал стрелу, в палатах стало тихо. Свейн-конунг сказал:
– Пальнатоки, где ты расстался с этой стрелой?
Пальнатоки ответил:
– Часто я выполнял твою волю, воспитанник, сделаю это и теперь. Я расстался с этой стрелой, когда вложил ее в тетиву и пустил в твоего отца.
Конунг крикнул:
– Все, кто здесь есть, поднимайтесь скорее, схватите Пальнатоки с его людьми и убейте их, потому что нашей дружбе с ним пришел конец.
Все, кто был в этих палатах, вскочили на ноги. Пальнатоки выхватил меч и рассек своего родича Фьёльнира надвое. Потом он выбрался наружу со своими людьми, потому что у него там было так много друзей, что никто не хотел причинять ему вред.
Они вышли наружу все кроме одного человека из дружины Бьёрна. Тут Пальнатоки сказал:
– Это самая малая потеря, на какую можно было рассчитывать. Поспешим к нашим кораблям.
На это Бьёрн сказал:
– Ты бы не бросил так своего человека, и я этого не сделаю.
И он вернулся в палаты. Они подкидывали этого бретландца над головами и почти разорвали его на части. Бьёрн вошел, взвалил своего человека на плечи и унес, хотя тот уже умер. Бьёрн сделал это ради славы. Потом они отправились к своим кораблям, взялись за весла и поплыли прочь. Они не останавливались, пока не достигли Бретланда. А Свейн-конунг со своими людьми снова сел пировать и был недоволен тем, как обернулось дело.
На следующее лето Алов, жена Пальнатоки, занедужила и умерла. Он больше не захотел оставаться в Бретланде и поручил управление страной Бьёрну Бретландцу, а сам снарядил тридцать кораблей и отправился в поход. Он стал разорять Скотланд и Ирланд. Так он делал три лета подряд, захватил много добра и снискал громкую славу. На четвертое лето Пальнатоки поплыл на восток в Виндланд. У него было сорок кораблей.
