Подруга стояла возле открытой двери — видимо, она уже успела выйти на улицу и, заметив мою пропажу, вернулась. Спасибо, что не бросила, Грей. Вот только сейчас меня от ее голоса кольнуло что-то вроде…разочарования? Да ну, бросьте.
— Я… да, иду, — стряхнув с себя чувство наваждения и, кинув еще один взгляд на знакомого незнакомца, я поспешила к подруге.
— Что тебя там тормознуло? — удивленно спросила Хелена, когда мы уже сидели в такси.
— Да так, ключи искала. Не обращай внимания, — я лишь отмахнулась.
Выглянув в окно такси, я увидела очертания незнакомца — он занял наш с Хеленой столик у окна. Почему-то сердце продолжало бешено колотиться о ребра, будто я пробежала стометровку на шпильке, или что похуже. Да что это со мной? Так, хватит.
Глубоко вздохнув, я откинулась на сиденье и прикрыла глаза, выкидывая все мысли из головы.
*****
Кай.
— Авелин? Это Фергюссон. Ты была права. Это Лета.
— Ты ее видел? Где? — взволнованно спросила женщина.
— Только что столкнулся с ней в «Старбаксе». Она….изменилась.
— Все мы изменились, Кай, — мягко сказала Авелин, — Она узнала тебя?
Я взлохматил свои волосы, в попытке навести порядок в черепушке и определить верный ответ на вопрос капитана. В памяти сами собой всплыли удивленно расширенные глаза Давины, ее легкое замешательство и то, как быстро она взяла себя в руки.
— Нет. Думаю, не узнала, — я и не понял, как много горечи прозвучало в моих словах, пока не произнес их вслух
— Что нам делать, как думаешь? Ведь если это действительно Лета…
— Это она, — да, я был довольно грубоват, — У меня сейчас только одно желание — развернуть то чертово такси, на котором она сейчас уехала и…
— Кай, — теперь уже Авелин перебила меня, — Так нельзя.
Я глубоко вздохнул, моля богов прийти — и успокоить бурю, что медленно, но верно, поднималась в моей душе. Дю Лак была права — сейчас к Давине пошел бы только псих. Я же — несмотря на массу недосттков — всё же идиотом и сумасшедшим себя не считал.
— Знаю. Просто это так…удивительно. Что думает док?
— Адриан считает, что мы должны встретиться с ней. Попробовать объяснить.
— Неприятно признавать, но я согласен с ним. Правда это будет… — я задумался, подбирая слово, — …непросто.
— Жизнь вообще непростая, — глубокомысленно изрекла Авелин, — у меня есть ее адрес. Или можем встретиться с ней на работе.
— Нет. Ни то ни другое не подходит. Нужна нейтральная территория.
— Предлагаешь подстеречь ее в темном переулке? Кай, времена изменились.
— Спасибо, в курсе, — мой голос снова был сухо и без эмоционален, — Хорошо, пусть будет работа. В семь. Позвони доку.
— Будем на месте, — ответила женщина и, добавив, — не наделай глупостей, — отсоединилась.
Я убрал телефон и невидящим взглядом уставился в окно. Авелин было легко говорить. Не наделать глупостей! Этой женщине вообще слово «глупость» было не знакомо. Я же — я был другим. Особенно, когда дело касалось ЕЁ.
Лета. Это имя я много зим боялся произносить даже мысленно. Надежда снова встретить ее казалась призрачной, почти эфемерной. И вот — это произошло. Причем совершенно неожиданно для меня. Я не искал встречи с ней. После звонка Авелин мне срочно потребовался огромный заряд кофеина. Да и просто нужно было сменить обстановку — я понимал, что если срочно не покину показавшийся тесным и душным офис на что-то более непринужденное, то просто разнесу свой кабинет в щепки. От избытка эмоций.
Да, с контролем своих эмоций у меня всегда были проблемы — я был вспыльчивым, и заводился, что называется, с пол-пинка. Но сейчас одно никак не было связано с другим. Посмотрел бы я на вас, если бы спустя множество лет — показавшихся вечностью — вы бы встретили того, кто незримо держал вас на краю, не позволяя кануть в бездну безумия. Даже если сама она и не подозревала об этом.
И надо же было такому случиться, что именно в ту минуту, как я переступлю порог «Старбакса», в меня врежется предмет моих переживаний. Просто какое-то божественное провидение, по-другому не скажешь.
Нужно ждать вечера. От этой мысли я снова нахмурился, чувствуя, как мой лоб прорезает морщинистая складка. Терпение никогда не было моей отличительной чертой. Но сегодня был исключительный случай. Нельзя было напортачить.
— Лета… — я даже сам не заметил, как произнес ее имя вслух, бездумно глядя в окно…
Глава 4. "Сны и легенды"
Удивительно приятное ощущение вызывает прикосновение шкур к обнажённому телу. Девушка приоткрыла один глаз и недовольно посмотрела на льющийся из окна свет.
