— А ну их к черту, всех этих докторов. Ведь никто не знает, кому и сколько осталось жить на этой земле и вообще, дорогая, я знаю, я умру не от чахотки, а скорее всего, от злодейской пули. Так что было бы глупо отказываться от этих маленьких удовольствий, ведь их и так немного в моей жизни, — голос Кристиана Мортимера задрожал. — Сандра, у меня ужасно пересохло в горле.
Женщина сразу же метнулась к тумбочке и принялась из склянок наливать в стакан лекарство. Но Кристиан замахал руками и отрицательно закрутил головой.
— Нет-нет, дорогая, только не эту мерзость! Там, — он указал рукой на тумбочку, — внизу, открой и возьми бутылку.
— Что? Но ведь доктор…
— Пошел он к черту, этот доктор, я сам распоряжаюсь своей жизнью и мне плевать, что говорит какой-то доктор. Ведь я же тебе сказал, что погибну не от чахотки, а от пули. Знаешь, Сандра, ведь каждый день погибает куча абсолютно здоровых мужчин, у которых за всю жизнь ни разу ничего не заболело. А я уже больной человек, так что бояться мне нечего. Быстренько открывай бутылку и налей в мою серебряную чашечку.
Но Сандра все-таки настояла на том, чтобы Кристиан перед тем как выпить виски, принял лекарство. Он хоть и не хотел этого, противиться не стал и, поморщившись от сладкого лекарства как от нестерпимой зубной боли, запил приторную жидкость виски.
— Вот так будет лучше, — обрадовалась Сандра.
— Да, мне уже совсем неплохо, — Кристиан жадно затягивался сигаретой, и она буквально на глазах таяла в его тонких чувствительных пальцах.
Сандра свернула себе вторую сигарету и принялась ее курить. Она все время смотрела на Кристиана, а он лежал, прикрыв веки, и на его губах появлялась то и дело странная улыбка. Сандра задумалась, где же она видела подобные улыбки и вспомнила: на лицах покойников. Да, да, на лицах покойников бывают вот такие умиротворенные счастливые улыбки. Они появляются, когда у человека в этой жизни уже все закончено и ему приоткрывается какая-то странная тайна, но поделиться ею с кем-нибудь из живых он уже не в силах. И поэтому тайна оставляет на его лице удивительный след и умиротворенную счастливую улыбку.
«Неужели и он умрет?» — подумала она и бросилась к Кристиану, схватила его руку и прижала к груди.
Кристиан сжал руку женщины, и Сандра облегченно вздохнула.
— Что с тобой, дорогая? — проговорил мужчина, понимая, что происходит в ее душе.
— Да ничего, дорогой, просто мне подумалось…
— Что тебе подумалось? Наверное, ты вообразила меня уже мертвым?
— Нет-нет, Кристиан, что ты, — солгала Сандра, — я даже не могу себе этого представить, я даже не могу об этом думать. Ты не умрешь, ты никогда не умрешь. Во всяком случае, я умру раньше тебя, будь в этом уверен.
— Нет, Сандра, не криви душой, мои дни сочтены, — спокойно сказал Кристиан и постучал ногтем указательного пальца по своей серебряной чашечке.
Сандра, понимая, что у нее нет никакого выхода, и что Кристиан действительно прав и имеет право на то, чтобы получить последние радости в этой жизни, плеснула на дно его стаканчика немного виски.
Женщина и мужчина некоторое время молча смотрели друг на друга. Сандра прекрасно представляла, что ожидает ее друга в ближайшем будущем, да и сам Кристиан Мортимер не питал никаких иллюзий на этот счет. Он то сжимал, то разжимал свои пальцы, как бы заигрывая с Сандрой, а той было совсем не до забав. Ее лицо оставалось серьезным, глаза затуманивали слезы.
— Кристиан… — тихо сказала Сандра.
— Я знаю, что ты хочешь мне сказать, милая, — сказал Кристиан и притянул Сандру к себе.
— Нет, — покачала та головой.
Кристиан настаивал и тогда женщина уперлась руками ему в грудь и прошептала:
— Я хочу тебе признаться.
— Если ты, Сандра, хочешь сказать мне, сколько мужчин в твоей жизни было до меня, то меня это не интересует, — улыбнулся Кристиан.
— Нет, я совсем не это хочу тебе сказать.
— Тогда что же? Какие еще могут быть у тебя тайны?
— Может нам лучше расстаться, Кристиан?
Мужчина удивленно посмотрел на свою подругу.
— Неужели ты думаешь, Сандра, что я так скоро умру?
— Нет, но я понимаю, что ты должен выглядеть в моих глазах достойно, а если бы меня не было, то возможно, Кристиан, ты бы и послушался доктора Дугласа, купил бы какой-нибудь дом и зажил бы тихо и достойно. Денег у тебя достаточно…
— Денег никогда не бывает достаточно, — хмыкнул Кристиан Мортимер, — и я зарабатываю их не ради тебя, можешь не обольщаться. Это игра, и, сидя за карточным столом, я ощущаю себя сильным, я чувствую настоящую жизнь, чувствую ее биение. И как ты видишь, удача не изменяет мне только потому, что я решителен.
— Кристиан, но ведь тебе нужно пожалеть самого себя, ведь доктор, Дуглас сказал, что если ты изменишь образ своей беспечной жизни, то все пойдет на поправку и здоровье вернется к тебе.
— Я тоже сейчас думаю об этом, — Кристиан Мортимер наморщил лоб, — но я не хочу жить долго, я хочу жить по-настоящему. Хотя, постой… — Кристиан Мортимер смолк.
Сандра с тревогой вглядывалась в его лицо, ей казалось, что он уже больше никогда не сможет открыть веки. Она видела как судорожно дергается его кадык.
