– Юнис, ему поверили уже все абсолюты, – без колебаний заявил парень, будто объяснял ребенку простую истину. – Просто не все могут или хотят это признать – им страшно. Понимаешь? Если все наше будущее известно этому пленнику, то лучше с ним не связываться, иначе он ненароком может упомянуть чье-то имя. Я слышал, как некоторые обсуждали это. Они не думали о том, какая завтра будет погода или что будет на обед, они говорили о смерти. О своей смерти. Делились своими страхами. Думаешь, им важно, что произойдет не пойми где и не пойми с кем через сколько-то лет? Нет, Юнис. Им важно знать, что завтра они не умрут, и точка.
– Но как можно…
– И ты не посмеешь их осуждать, – вдруг холодно отрезал Раджи, подняв палец вверх, словно строгий учитель. – Ты и сама боишься.
Юнис замолчала, впитывая суть его слов. Юноша был несомненно прав – ей было безумно страшно за завтрашний день, за свою жизнь. Она не задумывалась о том, что все остальные испытывают то же самое. Страх постоянно жил в Кастрисе, потом в лагере на ферме и сейчас следовал за абсолютами по пятам. А Пэйта стал лишь дополнительным катализатором этого чувства, наглядным напоминанием о смерти.
Какое-то время Юнис и Раджи просидели не сказав ни слова. Девушка сквозь пелену своих мыслей наблюдала, как перед ними туда-сюда сновали абсолюты. Еще немного и Филипп скажет выдвигаться в путь. Интересно, как долго им теперь придется скитаться, пока они не найдут новое пристанище? Что будет с Пэйтой? И смогут ли выкарабкаться Септимий и Ати?
– Что с твоим лицом? – произнес вдруг Раджи, схватив девушку за подбородок.
– Что с ним?! – испугалась Юнис, решив, что у нее снова пошла кровь из носа.
– На нем какая-то кислая мина! – засмеялся парень и энергично потрепал ее рыжие волосы.
– Спутаешь сейчас все! – протестовала девушка, но из рук такого сильного юноши было непросто выбраться.
– Велика потеря! Перед кем тебе прихорашиваться? Перед пленником? – еще больше захохотал Раджи. Как легко менялось его настроение! Юнис хотела бы научиться так же просто прятать свои истинные чувства за улыбкой.
– Эй! – Юнис хотела ответить на его едкие шуточки, как вдруг по всей округе раздался душераздирающий вопль.
– ПОМОГИТЕ!
– Это Йохан? – всполошилась девушка, вскочив на ноги, а за ней и Раджи.
– Ох, чует мое сердце…
Они стремглав побежали к лазарету, где находились оба раненых. Рядом с ним уже столпились абсолюты. Все обступили Ати, которая корчилась на земле от боли. А Йохан бегал вокруг нее, выставив руки вперед и не позволяя никому подходить близко.
– Что? Что происходит?! – закричал вдруг Макото, вбежавший в круг.
– ЖУКИ! – в панике надрывался Йохан. – Они стали вылупляться!
Услышав это, азиатский парень лишь схватился за голову, не зная, что делать. Неужели противоядие не сработало?
– Пэйта…
Юнис обернулась и увидела, как Филипп разворачивается, направляясь в сторону пленника.
– Стой! – сердце девушки бешено забилось. Все не так. Все не так!
Лидер твердо и уверенно шагал к дереву, где был связан пленник. Девушка бежала за ним, надеясь предотвратить катастрофу. Филипп был слишком разгорячен, чтобы мыслить адекватно. Он сделал чересчур поспешные выводы и сейчас наломает дров.
– Погоди! Не трогай его! – закричала Юнис, когда парень был в двух шагах от чужака. – Не надо…
Девушка впала в ступор – Филипп, ничего не говоря, разрезал путы пленника. Что это значит?! Юноша тут же нацелил на Пэйту свой пистолет.
– У зараженной девушки стали вылупляться личинки, – сохраняя хладнокровие, сообщил лидер. – Ты можешь ей помочь?
Пэйта молча кивнул. Он выглядел заранее готовым к любым обстоятельствам. Может, это он тоже предвидел? Под дулом пистолета юноша направился туда, где билась в конвульсиях Ати. Филипп – за ним. Юнис так и застыла на месте, глядя им вслед. Она спит? Или как еще объяснить поведение Марчелла?
Ати лежала, прижатая ногами и руками к земле Йоханом и Макото, а все ее тело прощупывал Пэйта, пытаясь найти выползших под кожу насекомых. Девушка неистово вопила и брыкалась, заливаясь слезами.
– Он убьет ее, – мрачно прогнозировала Ноэль, возникшая за спиной Юнис.
– И потом всех нас, – отозвалась Рудо. – Филипп совсем рехнулся.
– Заткнитесь! – огрызнулась рыжеволосая девушка, обернувшись к двум недовольным девушкам. – Он спасет ее.
Ноэль только гордо отвела взгляд. Ее темнокожая протеже фыркнула, сложив руки на груди.
– Ты, наверное, тоже хочешь, чтобы дикарь тебя облапал? – ощерилась она.
– Да как ты…
– Ну-ну, детка, – Раджи вовремя поймал взлетевшую в воздух руку Юнис, вернул ее в прежнее положение, а потом развернул девушку и погладил по голове. – Волк не дергается, когда собаки лают.
Юнис округлила глаза, взглянув на юношу. Его слова эхом раздались внутри ее сознания. Говард говорил ей то же самое! Сердце забилось как сумасшедшее от теплых воспоминаний и колющей тоски.
– Поймал! – вдруг радостно воскликнул Пэйта, заставив всех стихнуть, наблюдая за его действиями.
