Испугавшись, девушка обернулась и увидела Джерта, с ужасом указывающего на Августа, который в панике вертелся туда-сюда, пытаясь увидеть на себе насекомое.
– Где? Убери! Убери его, пожалуйста! – вопил толстяк, расталкивая всех вокруг. – Мамочки! Я не хочу умирать!
Юнис дернулась в его сторону, как вдруг Джерт разразился смехом, согнувшись пополам. Не было никакого жука. Ощутив прилив гнева, девушка шагнула к шутнику, но тот в следующую секунду уже упал на землю, крепко огретый кулаком Раджи.
– В следующий раз я скормлю тебе этих жуков! – пригрозил смуглый высокий парень, с отвращением глядя на упавшего Джерта, который схватился за ударенную челюсть. К нему подоспела Ноэль. Она помогала ему подняться на ноги.
– Ээ-э… что тут происходит? – раздался голос Юрия. Юнис не заметила, как он подошел к ней.
– Театр одного актера, – фыркнула она, бросив гневный взгляд на Джерта.
– Ясно, – парень осторожно взял девушку под руку и отвел в сторону. – Я хотел продолжить наш разговор на тему…
– Юрий! – возразила Юнис. – Кровь из носа не повод доводить меня до сумасшествия. Когда ты уже забудешь об этом…
– Я уверен, что тебе нужно обследование…
– Какое? Какое обследование? Оглянись – мы посреди джунглей! – девушка развела руками над головой. – Может, малумов позвать для твоего обследования?
– Ты можешь сколько угодно паясничать, – Юрий покачал головой. – Но я не отстану. Ален мог бы…
– Мог бы, – согласилась девушка. – Но не надо.
Юноша разочарованно вздохнул, опустив руки. Юнис знала, что он хочет как лучше, что его беспокоят ее учащающиеся кровотечения из носа. Но на данный момент это казалось просто пустяком на фоне того, что происходило вокруг. Кому есть дело до таких мелочей, когда у Ати под кожей ползают жуки, когда Септимий вторые сутки не приходит в сознание?
Неожиданно позади Юрия возникла Кэрри. По ее измученному усталому лицу текли слезы. Юнис остолбенела, глядя на подругу и перестав дышать. Сердце ее вдруг стало невыносимо тяжелым. Только не Септимий, только не это…
Кэрри, сложив руки вместе, прижала их груди и со счастливой улыбкой выдохнула:
– Он очнулся!
Глава 23. Эффект бабочки
В непроглядной тьме, где невозможно хоть что-то увидеть, раздавался нежный женский голос. Слова не разобрать. Но звучит он все ближе и ближе. Кажется, вот-вот, и можно прикоснуться рукой к его источнику. Филипп шагнул вперед, желая найти выход из этой черноты.
Вдруг над ухом кто-то зашептал. Юноша обернулся, но все по-прежнему было окутано во тьму.
– Кто здесь? – задал он вопрос в пустоту. Никто не ответил.
Тогда Филипп сделал еще шаг и еще, а потом перешел на бег.
Внезапно раздался оглушительный хохот, но парень не стал обращать на это внимание. Он просто бежал вперед, не представляя, что там его ждет, но яростно желая покинуть этот мрак. Ему нужно хоть немного, хоть чуточку света…
– Он ждет… – шепчет прямо в голову женский голос, медленно переходя в жуткий хрип. – Сюда…
В глаза больно ударил ослепляющий яркий свет, заставив Филиппа остановиться и закрыть лицо рукой. Куда он попал? Это солнце такое яркое?
Филипп попытался отдышаться и прийти в себя. Кто-то, спрятанный в этом потоке ослепляющего света, звал его по имени. Теперь это был чей-то знакомый голос, но такой слабый и тихий…
Юноша осторожно отвел руку от лица и удивился тому, что глазам уже не было больно. Среди белоснежных стволов тоненьких деревьев с переливающейся золотистой листвой, нежно падающей на землю, сидела девушка. Филипп тщетно пытался узнать ее лицо – в его памяти будто образовалась одна сплошная пропасть, где невозможно было кого-то найти.
Девушка смотрела на него застывшими от боли глазами, веки ее дрожали, медленно опускаясь. Свет и тепло вдруг погасли, поднялся ветер, закружив почерневшие листья в воздухе, и Филипп увидел, как алая кровь пропитывает одежду девушки, расползаясь ярким пятном по всему телу. Из-под дрожащих ресниц стали спускаться кровавые струйки, превращая нежное лицо в безжизненную ужасную маску…
Филипп не мог ни пошевелиться, ни вздохнуть… Юноша просто застыл, глядя, как побледневшая девушка медленно падает на землю, истекая кровью, а за ее спиной стоит ОН.
Монстр с человечьим лицом, но ужасно уродливым и перекошенным. Из-под кожи его пульсируют огромные выступающие вены, по которым бежит какая-то черная жидкость. Из-за спины торчат гигантские красные щупальца, извивающиеся в разные стороны, словно змеи. Лицо его злобно улыбается, обнажая прогнившие черные зубы. Монстр хрипит, дыша полной грудью и в блаженстве прикрывая глаза, удовлетворенный совершенным убийством. Он с наслаждением поднимает к своему лицу окровавленные щупальца и слизывает с них алые капли, всем своим видом показывая ликование. С его лица не исчезает насмешливая гримаса, которая выдает всю сущность этого чудовища.
