– Правда? Ты все придумал? – Макото воодушевленно посмотрел на Юрия, схватив его за плечи в ответ. – Как? Говори быстрее!
– Ты! Ты ее найдешь! – улыбнулся юноша в очках впервые за весь день. – Помнишь, как тогда, когда было нужно попасть ночью в библиотеку и быстро найти нужную мне книгу?
Несколько секунд Макото недоумевал, а потом его тоже осенило, и он расплылся в широкой улыбке, а затем закрыл лицо руками и упал на кровать.
– Ну, почему я об этом даже не подумал? Мы потеряли столько времени…
– Дружище, это и моя вина тоже, – вздохнул Юрий. – Но я чувствую, не все еще потеряно. Сколько осталось времени до следующей тренировки?
– Около сорока минут, – взглянув на наручные электронные часы, ответил Макото.
– Значит, нужно поторопиться…
Юрий сидел рядом с мирно спавшим Макото, а точнее его телом. Сейчас его друг находился далеко за пределами этой комнаты, и можно было только догадываться, что его так задерживает. До начала тренировки оставалось десять минут.
Главной миссией Юрия сейчас было охранять тело друга, пока тот не вернулся. Благо парни, живущие в этой же комнате, в это время обычно играют в какие-нибудь азартные игры и даже не подозревают, чем сейчас занимаются их соседи.
Десять минут.
Юрий начинал изрядно нервничать. На лбу выступали капельки пота.
– Макото, пора возвращаться, – нервно процедил парень, еле сдерживаясь, чтобы не затрясти друга за плечи.
У Макото был особенный дар. Он мог путешествовать в астральном мире – его дух отделяется от тела и перемещается в пространстве, наблюдает за происходящим, и что самое главное, невидим для посторонних глаз. Сначала Макото было сложно справиться со своим даром. Случалось, он покидал тело вопреки своему желанию: падал посреди тренировки, во время обеда или даже в душе, или же, напротив, не мог выйти в астрал, когда ему это было нужно. Но время шло, наставник научил его всему, что знал, и теперь Макото мог воспользоваться своим даром, когда захочет. Главное, чтобы кто-то охранял его тело, пока в нем нет духа – если связь оборвется, юноша может умереть.
И поэтому сейчас Юрий начинал переживать. Макото не просыпался уже слишком долго…
– Давай, дружище, – сжав руки в кулаки, бормотал юноша в очках. – Не заставляй меня бить тревогу.
Пять минут.
– Боже, Макото! – шепотом воскликнул Юрий и принялся ходить по комнате из стороны в сторону.
Он понимал, что, если они опоздают на тренировку, их ждет выговор или наказание, но, если их найдут здесь и увидят, что Макото путешествует в астрале в неположенное время, это явно вызовет подозрения и…
– Юрий, я сейчас видел такое…
Обернувшись, Юрий увидел, что его друг, наконец, пришел в себя и смотрит сейчас в потолок стеклянным взглядом.
– Ты нашел Юнис?
Макото кивнул в ответ. Тогда его друг сел рядом с ним на кровать.
– Ну, и что ты увидел? Она жива?
– Да, но…
– Что «но»?
– Кажется, я не должен был этого видеть, – задумчиво отведя взгляд, парень свесил ноги с кровати. – Это странно.
– Рассказывай быстрее! – нервничал Юрий. – До тренировки несколько минут!
– Уже?! – спохватился Макото, а потом торопливо заговорил. – Я искал по всем этажам. Кажется, так далеко я еще не заходил!
– Ближе к сути!
– Да, точно. В общем, под землей я видел двери с надписью: «Эксперимент номер такой-то», куда я не смог проникнуть. Уж не знаю, из чего там стены, но таких дверей там было миллион! Отчаявшись, я спустился еще ниже на этаж и сразу наткнулся на комнату с приоткрытой дверью. Я вошел и увидел Юнис…
– Что она там делала?
– Лежала на кушетке под капельницей, и с ней был Говард.
– Чего?!
– Я тоже удивился! Кажется, она была в ярости. И знаешь, мне показалось, что на ее теле были свежие…
– Что с ней сделали? – нетерпеливо перебил Юрий.
– Я не знаю. Но Говард просил у нее прощения и еще…
– Что еще? Что?
– Он сказал, что это все неважно, потому что завтра она этого не вспомнит.
…Острые белоснежные клыки резкими движениями вонзались в окровавленную плоть и с треском отрывали его от туши. Белый снег под ней таял от теплых красных подтеков. Стояла тишина, и слышался только звук чавкающих пастей. Неужели они были так голодны, что решили съесть своего сородича, попавшего в капкан? Умер ли он от раны или от зубов своей же стаи?
Юнис стояла босиком на занесенной снегом земле и наблюдала, как несколько волков уничтожают своего собрата. Все ее внимание приковала разыгрывающаяся перед ней сцена. Ее даже не волновало, видят ли ее звери, примутся ли они за нее, когда закончат с трупом или же сытые отправятся восвояси… Юнис смотрела только на истерзанное бездыханное тело молодого волка, чью шерсть так тоскливо ворошил ветер.
– Тебе жаль его? – спросил незнакомый голос сзади, но девушка не стала оборачиваться.
– Жаль…
– А остальных?
– Не знаю…
– Они не стали бы есть его из-за голода.
– Тогда зачем они это делают?
– Потому что сюда придет человек…
У Юнис перехватило дыхание. Картина и ее герои были слишком сильными. Настолько, что с высоты человеческого роста понимание и принятие происходящего было недосягаемым. И теперь казалось, что в глазах волков застыли самые настоящие слезы.
