— Не могу, мама, — ответил Дэвид, — я только забежал проведать тебя.
— Что ж, у меня все как всегда: беспокоит артрит, не слишком сильно, но и не слишком слабо — как всегда.
— Тебе бы надо почаще выходить на солнце, а то ты видишь его здесь столько же, сколько живя в Нью-Йорке.
— Зато у меня есть сын, — сказала миссис Вулф, — пусть даже я очень редко вижу его, пусть даже он живет в отеле. И все-таки когда он раз в три месяца забегает ко мне, я надеюсь, что он останется со мной.
— Ну хватит об этом, мама, ты же знаешь, как я занят.
— Твой дядя Берни каждый вечер приходил домой.
— Сейчас другое время, мама. — Он не мог сказать ей, что ее брат пользовался в Голливуде славой дневного дамского угодника. Да и тетя Мэй убила бы его, если бы он не явился ночевать домой. Она охраняла его лучше, чем правительство охраняло Форт-Нокс.
— Ты здесь уже неделю и только второй раз навещаешь меня, даже ни разу не остался на ужин...
— Я скоро приду к тебе на ужин, мама, обещаю.
Мать внимательно посмотрела на него.
— Во вторник вечером, — вдруг сказала она.
— Во вторник? Почему во вторник?
На ее лице появилась загадочная улыбка.
— Я кое-кого пригласила в гости, хочу, чтобы ты познакомился.
— Ах, мама, очередная девушка?
— А что плохого в том, чтобы познакомиться с симпатичной девушкой? — строго спросила мать. — Она очень хорошая девушка, Дэвид, поверь мне. Из обеспеченной семьи, закончила колледж.
— Но мама, я не хочу знакомиться ни с какими девушками, У меня для этого нет времени.
— У тебя нет времени? — запротестовала мать. — Тебе уже тридцать, пора жениться на хорошей девушке из хорошей семьи, а не проматывать жизнь, бегая по ночным клубам с этими свистушками.
— Это работа, мама, я должен показываться с ними.
— Ты всегда прикрываешься делами. Так ты придешь на обед или нет?
Дэвид посмотрел на мать и пожал плечами.
— Ну хорошо, мама, я приду, но не забывай, что мне придется рано уйти, у меня много работы.
Мать удовлетворенно улыбнулась.
— Хорошо, не опаздывай, ровно в семь.
Когда он вернулся в отель, его ждала записка с просьбой позвонить Дэну Пирсу. Дэвид взялся за телефон.
— В чем дело, Дэн? — спросил он.
— Ты не знаешь, где Джонас?
— Это имя кажется мне знакомым, — рассмеялся Дэвид.
— Не до шуток, малыш, — сказал Дэн, — все очень серьезно. Мы получим Неваду для этих вестернов только в том случае, если Джонас поговорит с ним.
— Ты действительно думаешь, что Невада возьмется за это? — спросил Дэвид. Лично он в этом сомневался. В деньгах Невада не нуждался, а его отношение к «халтуре» всем было известно.
— Возьмется, но только после разговора с Джонасом.
— Мне и самому бы надо с ним поговорить. Правительство снова начинает проводить антитрестовскую политику.
— Знаю, — ответил Дэн, — у самого на шее профсоюзы. Сколько я еще смогу ладить с ними? Спорить бесполезно, они просмотрели прошлогодний отчет и отлично поняли, что в следующем году ожидается прибыль.
— Думаю, лучше поговорить с Макаллистером и все согласовать. Два года без собрания это, по-моему, многовато.
Но Макаллистер тоже не знал, где находится Джонас. Когда Дэвид положил телефонную трубку, он почувствовал уже знакомое разочарование. Приходилось работать в каком-то вакууме. Вся их деятельность, по сути, состояла в заключении бесконечной череды мелких сделок.
Интересно, почему Джонас относится к ним, как к пасынкам, в отличие от других своих компаний. «Корд Эркрафт» стремительно превращалась в крупнейшую в стране самолетостроительную фирму, «Интерконтинентал Эрлайнз» уже была крупнейшей авиакомпанией, «Корд Эксплоузивз» и «Корд Пластикс» успешно конкурировали с Дюпоном.
Когда Джонас купил у Нормана компанию, вопрос состоял лишь в том, чтобы выжить. Рано или поздно Джонасу придется обратить на них внимание, если он собирается оставаться в кинобизнесе. Необходимо двигаться вперед, таков закон развития любой деятельности. Остановка равносильна смерти.
Дэвид старался делать все, что в его силах. Он гордился тем, что компании удалось выжить. Но, чтобы развиваться, нужно большее дело. Сделки или фильмы — не важно что. Лично он предпочитал сделки. Они были менее рискованными, чем крупномасштабные фильмы. Дисней, Голдвин и Боннер искали новые каналы сбыта своей продукции. Они делали крупные фильмы, которые сами финансировали, и соответственно получали большие доходы. В настоящее время Дэвид ждал ответа от своих агентов, направленных к Диснею и Голдвину. Сам он имел встречу с Морисом Боннером. Но одобрить подобные сделки мог только Джонас и никто другой.
— Вас спрашивает мистер Ирвинг Шварц, — раздался в селекторе голос секретарши.
— А что ему надо? Я не знаю никакого Ирвинга Шварца.
— Он сказал мне, что знает вас, мистер Вулф, и еще добавил, что он Остроносый.
— Остроносый! — воскликнул Дэвид и рассмеялся. — Так бы сразу и говорили. Соедините. — В трубке раздался щелчок переключателя. — Остроносый! — крикнул Дэвид. — Ну как ты, черт возьми?
В трубке послышался тихий смех.
— Все в порядке, Дэви, а ты?
— Отлично, хотя и работаю как собака.
