Дженни вышла в коридор и нажала кнопку лифта. Дверь открылась, она вошла, и сразу за ней в лифт юркнул доктор Лобб.
— Мясо с подливкой!
— Интересно, что ему надо? — спросила Дженни.
— Я знаю, чего он хочет, — широко улыбнулся Лобб, — у меня, например, нет шансов.
— Мясо с подливкой не увеличит и его шансы.
— Не знаю, — рассмеялся Лобб. — Когда-нибудь все равно это произойдет, нет смысла хоронить себя.
— Это никогда не произойдет, — сказала Дженни. — И все же, что ему надо?
— Может быть, он хочет, чтобы ты работала с ним? Ты когда-нибудь думала об этом?
— Думала, но смысла не нашла. Почему я? Он может выбрать самую лучшую медсестру.
Доктор Лобб улыбнулся, но глаза его были серьезными.
— Ты и есть самая лучшая, со временем ты поймешь это.
Лифт остановился, и они вышли в коридор первого этажа, где располагался кафетерий для персонала больницы. Дженни взглянула на свой белый халат.
— Пожалуй, мне лучше снять его и надеть платье.
— Я был бы счастлив, если бы ты только сняла его. Для меня можешь платье не надевать.
Дженни посмотрела на Лобба и улыбнулась. Этот парень в будущем может оказаться хорошим человеком.
— Не исключено, что когда-нибудь я удивлю тебя, — сказала она.
— Ты удивишь меня, если принесешь сэндвич с мясом, — крикнул он ей вслед.
Доктор Грант протянул ей пачку сигарет. Дженни вытащила одну и закурила. Их глаза встретились над пламенем спички.
— Наверное, вас интересует, почему я пригласил вас на ланч?
— Во всяком случае, я была удивлена.
Грант улыбнулся.
— Простите, если я разжег ваше любопытство, но за едой я забываю о делах, а теперь уже, пожалуй, можно и вернуться к ним. — Дженни промолчала. — В последнее время, мисс Дентон, у меня была прекрасная возможность наблюдать за вашей работой в операционной. Прежде всего, я как хирург убедился в вашей квалификации и оценил ваши профессиональные возможности.
— Благодарю вас, доктор Грант.
— Вы, наверное, знаете, мисс Дентон, что у меня довольно обширная практика. Многие врачи направляют ко мне своих пациентов на операцию. Некоторые из этих операций несложные, и при соответствующих условиях их можно делать в моем кабинете, что значительно сокращает расходы пациентов. — Дженни кивнула. — Сегодня утром мисс Джанни, которая была моей помощницей в течение многих лет, сообщила мне, что выходит замуж и уезжает в Южную Калифорнию. Придя в больницу, я поговорил о вас с сестрой Кристофер. Она подтвердила, что вы отлично справитесь, если замените мисс Джанни.
— Вы имеете в виду, что я буду работать с вами?
— Именно эту мысль я и пытался высказать в свойственной мне пространной манере. Вас заинтересовало мое предложение?
— Конечно. Он заинтересовало бы любую медсестру.
— Но вы должны знать, что это непростая работа. У меня в клинике несколько коек, и очень часто нам придется работать допоздна. Иногда я оставляю пациента на ночь, и тогда вам придется дежурить возле него.
— Доктор Грант, — улыбаясь сказала Дженни, — последнюю неделю я работала в две смены по восемь часов с перерывом в четыре часа, так что работа у вас покажется мне отдыхом.
Он улыбнулся и ласково погладил ее руку. Дженни улыбнулась в ответ. Не такой уж он плохой, подумала она, даже если и удалил несколько здоровых аппендиксов, ведь он хирург и не несет ответственности за неправильный диагноз, который ставят врачи, присылающие к нему пациентов.
Когда она поступила к нему на работу, то узнала, что здоровые аппендиксы было не единственное, что он удалял. У него была очень большая практика по прерыванию беременности сроком до десяти недель. Похоже, что он был крупнейшим специалистом по абортам во всей Калифорнии.
Но к тому моменту это уже не имело для Дженни никакого значения, потому что она влюбилась в него. Ее не смущало, что он был женат и имел троих детей.
Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда она собралась покинуть небольшой двухкомнатный номер, расположенный над клиникой. Дженни вернулась и сняла трубку.
— Кабинет доктора Гранта, — сказала она.
— Дженни? — раздался шепот в трубке.
— Да.
— Ты еще будешь там некоторое время?
— Я собиралась навестить родителей, я не видела их уже три недели, это третье подряд воскресенье...
— Я прослежу, чтобы у тебя было время навестить их на неделе, — оборвал ее Грант. — Пожалуйста, Дженни, мне надо увидеть тебя. — Дженни пребывала в нерешительности, он почувствовал, что она колеблется. — Пожалуйста, Дженни, я сойду с ума, если не увижу тебя.
Она взглянула на часы, был уже восьмой час. Пока она приедет домой, отцу уже будет пора спать. Ему удалось найти работу на почте и приходилось вставать очень рано.
— Хорошо, — тихо сказала она.
— Спасибо, Дженни, я буду через двадцать минут. — Напряжение в его голосе спало. — Я люблю тебя.
— Я люблю тебя, — сказала она и услышала щелчок. Положив трубку, Дженни медленно сняла пальто, аккуратно повесила его в шкаф, села на диван и закурила.
