Она вспомнила, как месяц назад послала ему телеграмму из Швейцарии. Она не имела от него известий уже три года, три года, в течение которых она пыталась убежать сама от себя. Первые полгода она провела в Бостоне, потом заскучала и отправилась в Нью-Йорк, а затем в Лондон, Париж, Мадрид, Константинополь, Берлин. Там были вечеринки, романы, страстные мужчины, обворожительные женщины. Но чем дальше пыталась сна убежать, тем сильнее становились страх и одиночество.
И наконец наступило то утро в Цюрихе, когда она проснулась от лучей солнца, бьющих прямо в глаза. Она лежала на кровати, совершенно голая, накрытая белой простыней. Во рту было до того сухо, что, казалось, она не пила несколько месяцев. Она протянула руку к графину, стоящему на ночном столике, и, не найдя его, наконец сообразила, что находится не в своей комнате.
Комната, обставленная дорогой европейской мебелью, была ей совершенно не знакома. Рина огляделась в поисках ночной рубашки и обнаружила, что ее одежды нет. Где же, интересно, она находится? На столике лежали сигареты и спички, и она закурила. В этот момент открылась дверь.
В комнату вошла привлекательная темноволосая женщина и остановилась, увидев Рину сидящей в кровати. Она подошла ближе.
— Ты уже проснулась, дорогая? — ласково спросила она, наклоняясь и целуя Рину в губы.
— Кто ты? — удивленно спросила Рина.
— Ах, моя любовь, неужели ты не помнишь меня?
Рина отрицательно покачала головой.
— Может быть, это освежит твою память, дорогая, — женщина сбросила халат и прижала голову Рины к своей обнаженной груди. — Ну, теперь ты вспоминаешь, как сильно мы любили друг друга?
Она начала гладить Рину по лицу, и Рина сердито оттолкнула ее.
Дверь снова открылась, и вошел мужчина. Он был абсолютно голый и держал в руке бутылку шампанского. Он улыбнулся женщинам.
— Ну вот мы и опять вместе. Гулянка, правда, уже становится скучной.
Он подошел к кровати и протянул Рине бутылку шампанского.
— Выпей вина, дорогая. Ужасно просыпаться с такой жаждой.
Рина прижала руки к вискам и почувствовала, как бьется пульс. Это был дурной сон, это не могло быть реальностью.
Мужчина заботливо погладил ее по волосам.
— Болит голова? Сейчас принесу аспирин, — сказал он и вышел из комнаты. Рина с испугом посмотрела на женщину.
— Пожалуйста, — умоляюще произнесла она, — мне кажется, я схожу с ума. Где мы?
— В Цюрихе, конечно, у Филиппа дома.
— В Цюрихе? — спросила Рина. — Филипп? Это был Филипп?
— Ну, конечно, нет. Это Карл — мой муж. Ты что, не помнишь?
— Я ничего не помню, — покачала головой Рина.
— Мы познакомились три недели назад на бегах в Париже, — сказала женщина. — Ты сидела одна, рядом с ложей Филиппа, твой друг тогда не смог прийти. Ну, вспоминаешь?
Рина закрыла глаза, припоминая. Она поставила на прекрасную чалую лошадку, а мужчина из соседней ложи нагнулся к ней и сказал: «Очень мудрый выбор. Это моя лошадь. Я граф де Шайен».
— Граф из соседней ложи! — воскликнула Рина.
Женщина кивнула и улыбнулась.
— Вспомнила? Гулянка началась в Париже, но там было слишком жарко и мы махнули сюда — к Филиппу в замок. Это было почти две недели назад.
— Две недели?
— Неплохо погуляли, — сказала женщина и села рядом с Риной. — Ты просто чудесная девочка.
Рина молча уставилась на нее. Дверь отворилась и вошел Карл, неся в одной руке аспирин, а в другой шампанское. За ним появился высокий блондин в пижаме. Он бросил на кровать несколько фотографий.
— Как тебе это нравится, Рина?
Рина посмотрела на фотографии. К горлу подступила тошнота. Это не могла быть она — голая, с женщиной и мужчинами. Она беспомощно взглянула на присутствующих.
Граф улыбнулся.
— Должно было получиться лучше, — извиняющимся тоном произнес он, — но, видимо, что-то случилось с выдержкой.
Женщина взяла фотографии.
— А по-моему, получилось вполне хорошо, — она засмеялась. — Это было так забавно — наблюдать, как ты трахаешься со вспышкой в руке.
Рина хранила молчание. Карл нагнулся к ней.
— Наша маленькая американочка все еще плохо себя чувствует, — нежно сказал он, протягивая ей две таблетки аспирина. — Возьми, будет лучше.
Рина обвела всех троих взглядом.
— Я бы хотела одеться, — слабым голосом произнесла она.
— Конечно, — кивнула женщина. — Твоя одежда в шкафу. — Она повернулась и вышла из комнаты.
Рина встала и быстро умылась. Она хотела принять ванну, но отбросила эту мысль. Ей хотелось побыстрее уйти отсюда. Она оделась и вышла в другую комнату.
Женщина по-прежнему была в халате, но мужчины уже надели рубашки и фланелевые брюки. Рина попыталась молча пройти мимо, но Карл окликнул ее:
— Миссис Корд, вы забыли свою сумочку. — Не глядя на Карла, Рина повернулась за сумочкой. — Я положил туда фотографии на память о нашей встрече.
Из раскрытой сумочки бесстыдно выпячивались фотографии.
— Я не нуждаюсь в них, — сказала Рина, протягивая фотографии Карлу.
— Ну почему же, оставьте себе, у нас есть негативы.
Она медленно подняла взгляд на Карла. Он улыбался.
— Может быть, вы выпьете чашечку кофе, пока мы поговорим о делах? — вежливо спросил Карл.
