Пин и Бэл стояли рядом, Крин стоял возле мальчишек и, казалось, только ждет команды, чтобы броситься и бежать, куда укажут. Мэл вышел из кузни и сказал, что все готово. Лекс кивнул и жестом позвал с собой остальных. Сканд шел следом, ему было очень любопытно, как все будет происходить. А Лекс вдруг развеселился, он вспомнил, как однажды, когда ему было лет восемь, он с другими мальчишками, насмотревшись фильмов, решили создать свое «кровное братство». Они тогда порезали себе ладони и смешали кровь и сказали очень «страшную тайную клятву», а потом перемигивались между собой и собирались на чердаке дома, строя планы по завоеванию соседского двора. А потом отца перевели в другой город, и Алекс потерял своих побратимов. Хотя слова детской клятвы помнил до сих пор.
Лекс завел в кузню свою четверку и еще раз рассказал им про создание новой гильдии стекольщиков. О том, что мастерами и подмастерьями в ней будут только младшие и секреты они будут хранить от всего мира. И если старшие и будут появляться в гильдии, то только как подсобные рабочие, и к производству стекла их допускать не будут ни в коем случае. Огоньки в горне разгорелись и освещали сосредоточенные лица мужчин. Сканд стоял за его спиной, но не вмешивался, и только наблюдал, так же, как и Тиро и Броззи.
Лекс сделал надрезы на обеих ладонях и передал кинжал следующему брату, потом они встали вокруг горна и соединили руки. Лекс, пока забирал кинжал, уронил на угольки секретную «таблеточку», и начал низким голосом взывать к саламандре:
— О великая саламандра, стань свидетелем нашей клятвы… — в огне появился синий всполох и вверх потянулся тонкий хвостик, который стал толще и стал похож на хвост ящерицы, который извивался и рос на глазах. Сканд и остальные старшие с шипением отступили подальше. Лекс обвел взглядом своих новых побратимов и, увидев в их глазах фанатичный блеск, продолжил: — кровью своей клянемся хранить тайны гильдии, мы теперь одинаковы перед лицом богов, -
Твоя кровь — моя кровь.
Твоя жизнь — моя жизнь.
Твоя рука — моя рука.
Твоя тайна — моя тайна.
Когда последние слова клятвы затихли, «хвостик саламандры» распался пеплом и Лекс разорвал круг.
— А теперь пускай старшие выйдут, а я начну учить своих учеников. У нас впереди много работы.
Сканд и Тиро без возражений вышли из кузни и остановились на почтительном расстоянии, и только рыжий Броззи утирал слезы с щек.
— А как же я? Ты ведь обещал научить меня мастерству?
— Ох, Броззи, ты ведь ученик кузнеца, — Лекс улыбнулся, — не переживай, я научу тебя кузнечному делу. Потерпи немного, вот освобожусь чуть-чуть и сразу примусь за твою учебу. А сейчас брысь отсюда, не мешайся…
— А ты и кузнечное и стекольное дело знаешь? — удивился Пин.
— Стекольщик обязан разбираться в металлах, как кузнец. Я научу вас изготавливать стеклянные краски, и это тоже будет секрет гильдии. Но давайте начнем сначала. Стекла бывают простыми и хрустальными. Все зависит от состава стекла. Для начала я научу вас изготавливать простые стекла, потом краски, а потом покажу, как делать эмали и глазури, и как их применять. И только потом я покажу вам, как изготавливать чистейший и прозрачнейший хрусталь, и какие волшебные вещи можно с ним делать.
Лекс долго объяснял основы производства стекла, а потом решил показать все на примере. Выдал своим ученикам две миски, в одну насыпал желтого песка, в другую сероватого кварцевого и отправил их перемывать песок от пыли и сора. А пока отправился поговорить с Рархом. Друг нашелся в своей мастерской, он увлеченно рассказывал Сишу, как правильно рассчитывать пропорции в каком-то мудреном деле, и не сразу заметил зашедшего Лекса.
— Рарх, ты хотел со мной о чем-то поговорить, — Лекс прервал объяснения мастера.
— Да, — Рарх отложил инструмент и подошел ближе, — пока тебя не было, я отнес Кирелю модель подъёмного механизма, как ты и велел. А теперь Кирель хочет, чтобы я поехал в монастырь и сделал там настоящий механизм, и заодно показал монахам, как им пользоваться и как сделать еще, если вдруг сломается.
— А ты что? — Лекс не понял эмоций, которые мелькали на лице друга, — ну, в смысле, ты сам хочешь туда ехать или нет? Если не хочешь, то я скажу Кирелю, что не могу тебя отпустить, но вдруг ты захочешь разыскать там своего брата?
— Я это… — глаза Рарха вспыхнули и погасли, — я хотел бы съездить, но что-то боязно. Те, кто попадает в монастыри, обратно не возвращаются. А вдруг меня обратно не выпустят?
— Если хочешь съездить, то езжай с чистой совестью, — Лекс подошел и положил руку другу на плечо, — я могу тебе пообещать, что через месяц, если ты сам не приедешь, то я потребую, чтобы тебя доставили в столицу, потому что ты мне очень нужен. Ты мне действительно будешь нужен, но позже, как только с делами разберусь.
