Лекс обвел взглядом мастеров. В основном это были пожилые мужчины. Лекс только хмыкнул, он уже знал, что работа мастера ценилась дороже, чем работа ученика, и гильдия рьяно присматривала, чтобы получить ранг мастера было не просто. Мастер мог брать себе учеников, которые платили взнос мастеру, потом мастер, согласившись взять ученика, брал его на свое довольствие, при этом ученики работали на самого мастера совершенно бесплатно. Мастер только кормил их и заставлял работать из последних сил. Ученики отличались от рабов только тем, что могли уйти от мастера, но при этом теряли деньги, которые платили ему в самом начале учебы. И чтобы наняться к другому мастеру учеником, надо было опять собрать денег на «учебу». Ученик или вольный человек мог взять подработку в свободное время, только вот ему платили за работу сущие гроши, да еще можно было дождаться трепки от гильдии, чтобы не перехватывал работу, предназначенную мастерам.
И вот теперь эти мастера смотрели на него с явной неприязнью. Молодой парень, который долго бы бегал у них на побегушках, собирается их учить их же работе? Это было по меньшей мере наглостью. И кроме этого, парень явно был младшим. Разве младший способен хоть на что-нибудь, кроме как раздвигать ноги? И теперь этот красавчик собирается ИХ УЧИТЬ? Если бы скепсис можно было наливать, как воду, то Лекс уже утонул бы во всеобщем недоверии. Но он сделал вид, что не понимает их недовольства, и подошел к корзинам с глиной.
Глина была явно с карьера. Она была рыжей и с большим количеством песка. Лекс только покачал головой, если на кирпичи такая глина хоть как-то годилась, то вот на посуду такое безобразие было явно недопустимо.
— Здесь есть гончары? — Лекс поднял глаза и увидел, как несколько мужчин недоуменно переглянулись, — я знаю, что вчера вечером вы носили в храм дары, чтобы боги на вас не сердились. Они не сердятся, они просто недовольны, что вы переводите глину и за столько лет так и не научились ее подготавливать к работе. Никто не печет муку с отрубями, если хочет получить пышный и вкусный хлеб, и поясните, как можно работать с глиной, которую привезли вот в таком состоянии?
Лекс посмотрел на мастеров, они недовольно поджали губы и сделали вид, что это их не касается. Лекс вздохнул и поставил на землю первый таз. Начал объяснять, что он делает. Насыпав в таз несколько кусков сырой глины, он налил в таз ведро воды и, став на колени, стал разминать глину в жидкую кашицу. Потом добавил еще воды. Вода стала густой, как сметана. Лекс еще добавил воды и размешивал глину, не давая ей осесть на дно. Когда смесь стала однородной, он провел рукой по дну — там уже оседали камешки и песок.
— И вот теперь, когда песок отделился от глины, мы можем выбрать ее из таза, — Лекс посмотрел на мужчин, которые смотрели на него, поджав губы и явно не понимая, что происходит, — так! Кто здесь мастер? Я кому объясняю? Быстро засунули сюда руки и пощупали песок и камни на дне! Или вы уже забыли, как это руки работой запачкать?
За спинами мастеров послышались смешки. Те ревниво дернулись посмотреть, кто из учеников осмелился смеяться, но у тех уже были серьезные лица. Лекс нахмурился, продолжая держать руки в тазу, и вскоре возле него опустился вчерашний мастер, а потом еще один. Они засунули руки в жидкую грязь, но коснувшись дна, обнаружили там мелкие камешки и слой песка. Лица у них недоуменно вытянулись. Лекс довольно хмыкнул и велел поставить рядом второй таз.
— А теперь мы осторожно собираем глину с верха таза и вычерпываем ее во второй таз. — Лекс зачерпнул глину сверху и плюхнул горсть во второй таз, — так, а теперь вы, покажите, что поняли, о чем я вам говорю, — Лекс встал и принял у монаха чистое полотенце, пока он вытирал руки, мастера осторожно зачерпывали глину сверху и выливали ее во второй таз. — Хорошо, двух мастеров уже вижу, а остальные что, просто посмотреть пришли? Может, мне за розги взяться, чтобы научить их уму-разуму? Учеников-то стегают за леность, а сами руки боятся запачкать?
Возле таза сразу опустилось несколько человек. В первую очередь они нащупали камешки и песок на дне и удивленно переглянулись с остальными, кто-то даже достал песок со дна, чтобы убедиться, что это именно то, на что похоже. После этого каждый хотел пощупать песок и зачерпнуть хоть по горсти жидкой глины. Они переглядывались и коротко переговаривались между собой, похоже, им даже в голову не приходило, что так можно было делать. Лекс стоял рядом и смотрел на людей вокруг. Мастеров было много, но учеников еще больше. Они были достаточно взрослыми людьми, но, скорее всего, холостыми, кто же позволит ученику иметь семью? И потом, семью содержать надо, а не жить на подачки от учителя.
