— Бедные дети, — Лекс вышел на кухню и протянул к детям руки, совсем, как тогда на арене. Мальчишки бросились к нему, ища защиты, — мои хорошие, испугались? А теперь, марш умываться и надевать нормальную одежду. И запомните, если вы младшие, это не значит, что вы годитесь только для постельных утех. Наш Первосвященник Кирель тоже младший, и кто посмеет сказать, что он способен только постель греть старшему мужу?
Лекс растер на старшем пацаненке помаду, так что он стал похож на клоуна. Мальчишки заулыбались и успокоились. Лекс напомнил про завтрак, а потом кивнул им головой, чтобы они поторопились. К нему сразу подошел Сканд и уткнулся носом в волосы.
— Если они младшие, то это значит только одно, кто-то из старших должен за ними присматривать, чтобы их не обидели злые люди. И потом, куда я их еще мог поселить? Не в казарму же к страшным воинам? На втором этаже самое безопасное место, как раз для них. Им и так досталось, так пусть хоть сейчас…
— Золото мое! — Лекс развернулся и со всем удовольствием поцеловал драгоценного мужа.
— Уже не золотарь? — Сканд довольно осклабился, — так что, больше не сердишься?
— Как можно сердиться на любимого? — Лекс довольно ухмыльнулся, — после завтрака в Сенат пойдешь?
— Нет. Надоело, — перекривился Сканд, — пойду, проверю, кто успел вернуться в казарму к утреннему построению, а кто дрыхнет не пойми где. Если найду нарушителей, то погоняю мерзавцев, поору, чтобы не только у меня голова болела.
Лекс уселся за стол и с удивлением заметил, что всем дали обычную еду, а перед ним и Скандом на стол вместо привычной каши подали пироги и что-то завернутое в виноградные листья, а потом улиток и что-то бледное и длинное, проткнутое длинной деревянной шпажкой. Тара сказала, что повара приготовили для них завтрак, достойный их статуса. Он взял ближайший пирожок и принюхался. Пахло мясом, но в этом мире полагаться на запах не стоило.
— А я слышал, что Тургул дослужился до командира манипулы? — Лекс посмотрел, как Сканд подхватил такой же пирожок и засунул в пасть почти половину, — он теперь может создать семью? Ну, там жену взять или младшего?
Сканд в это время прожевал пирожок и подхватил с тарелки листья, фаршированные не пойми чем, а потом шпажку, на которой бледная штука, похоже, была еще живой и слегка извивалась. Это как однажды в Японии он ел салат со свежеотрубленными щупальцами осьминожков. Незабываемые ощущения, когда еда во рту шевелится и пытается присосаться присоской к языку или небу.
— И как тебе еда? — осторожно переспросил Лекс чавкающего мужа.
— Нормально, — Сканд опять потянул в рот, что ближе лежало, — я неприхотливый, в походе какой только гадости есть не доводилось, так что теперь любой деликатес съесть могу и не поморщусь.
— А с чем пирожки? — поинтересовался на всякий случай рыжик.
— Язычки новорожденных додо, — гордо улыбнулась домомучительница, — это блюдо подавали на вашей свадьбе во дворце. И всем очень понравилось. А это — лакуста в виноградных листьях и милаты, еще живые, смотрите, какие полупрозрачные, они, когда засыпают, то становятся матовыми. Так что кушайте, пока свежие, они очень прибавляют сил для любовных утех и делают эрекцию просто каменной!
— Сканд, не ешь эту гадость перед работой! — Лекс вырвал очередную шпажку у мужа, — а то ты своей каменной, хм, эрекцией, перепугаешь половину войска. Люди потом опять будут говорить, что я тебе не даю, и ты именно поэтому отрываешься на войске. Они же меня возненавидят!
— Напрасно переживаешь. После того, как ты сделал богатыми всю вексилляцию Тургула, каждый просто мечтает оказаться под твоим командованием, — Сканд махнул виноградным рулетиком, оттуда вывалилось что-то, подозрительно напоминающее порезанного червяка. Лекс отложил пирожок и отодвинулся от стола, борясь с рвотными позывами. Это заметил муж и забеспокоился, — ты себя хорошо чувствуешь? Тебе утром было нехорошо, и вот опять сидишь зеленый? Может, за лекарем послать?
Тиро обеспокоился и подошел ближе, он положил руку рыжику на лоб, проверяя, нет ли жара, и постарался заглянуть в глаза.
— Тиро, все в порядке, — Лекс отмахнулся от заботы, — просто я не могу есть то, что не понимаю. Все эти деликатесы, это не для меня. Дай мне лучше каши, а то я голодным останусь.
— И мне, — обрадовался Сканд и отодвинул тарелку, а потом посмотрел на несчастную Тару, — вы это… деликатесы все эти для гостей оставьте, а нам простую и понятную еду, — Сканд погладил мужа по спине, — он у меня жуков боится, а лакрицы вообще вызывают ужас. Нам надо что-то попроще, так, чтобы было понятно — это мясо, а это рыба.
— А еще, свежие лепешки и фрукты, — подсказал рыжик, — а еще, мне нравятся такие маленькие фаршированные кальмарчики. И такая маленькая рыбка с золотистой корочкой, и ящер на вертеле, так чтобы бочок был поджаренный, и сок по пальцам тек, м-м, вкуснятина.
— Это плебейская еда, чтобы брюхо набить, — поджала губы Тара, — аристократы едят изысканную еду, которая полезна для ума и потенции.
