В самом начале Броззи качал меха без остановки, его только время от времени подменял Крин. А Лекс помешивал в тигле смесь металла и угля. Как только смесь опала и стала более-менее однородной, Лекс показал это Броззи и велел качать меха не так часто, а на счет три. Теперь надо было плавно опустить температуру в горне. Главное, чтобы перепад температуры был не резким. После этого прикопал тигель в угли и накрыл его парой кирпичей, как крышкой. Вот теперь можно было и перекусить! Лекс снял фартук и оглянулся. У самого входа в кузню стояли Сканд и Тиро. Они смотрели на Лекса, как будто увидели его впервые.
— Что? Переживаете, что уже ночь на дворе, а я еще не кушал? — Лекс ухмыльнулся.
— Ты невероятный! — Сканд схватил рыжика и прижал к груди, — когда я на тебя смотрел, мне казалось, что это не ты, а другой человек — старый, опытный мастер. То, как ты двигался с щипцами и подставлял металл на ковку под молот Броззи, в этом чувствовался опыт. Казалось, что ты этим уже занимался раньше и знаешь все-все. Как настоящий мастер. Но у молодого парня не может быть столько знаний и такого опыта, мне даже страшно подумать, как боги передают тебе все эти знания и навыки.
А Лекс почему-то перепугался, когда Сканд сказал, что увидел в нем другого человека, ему вдруг стало страшно, что он сейчас может обрести свое старое тело. Он и не заметил, как уже привык к своей малахольной тушке… хотя сейчас уже не настолько тощей и слабой, как во время попадания в этот мир, но до прежних габаритов было далековато. Но оказаться сейчас возле горячего, страстного и совершенно неутомимого Сканда крупным амбалом, и по возрасту и по комплекции больше смахивающим на Тиро? О, нет!! Он уже привык к трепетному к себе отношению, и его больше не раздражает, когда на него самцы смотрят, как дети на новогоднюю елку.
Но самое главное — это любовь и забота Сканда. Было как-то страшно и стыдно признаться даже себе, что от однополой любви можно получать столько удовольствия. Особенно, когда твой партнёр сильнее тебя, и при этом судорожно трясется над твоей безопасностью и удовольствием. Вот так вдруг потерять возможность прижаться к нему и понять, что тобой дорожат и восхищаются… нет, лучше умереть… Когда, в какой момент времени вдруг эта близость и забота стала так важна?
Лекс обнял Сканда и, зарывшись носом в него, подумал, что его сила не делает его слабым, а даже наоборот, придает ему еще больше сил. Как будто опираешься ногами не на хлипкую опору, а на монолитный гранит, который ни за что не подведет. Имея такую опору, можно без опасений смотреть вверх и строить планы.
— Сканд, Сканд… — Лекс потерся носом о мужа и попытался выразить словами все, что бродило сейчас в душе. Но в животе заурчало от голода, и рыжик рассмеялся от такой прозы жизни. — Я действительно обжорка, мне столько хочется тебе сказать, но в животе так пусто, что страшно открыть рот, чтобы не начать от голода кусаться…
— Пойдем, покормлю тебя, — Сканд рассмеялся, — я не против, чтобы ты меня немного покусал, но не хочется морить тебя голодом.
Сканд подхватил свое сокровище на руки и понес на кухню, а впереди прихрамывал Тиро и зычным голосом командовал, чтобы накрывали на стол для хозяев. Сканд усадил рыжика к себе на колени и попытался покормить его с рук, но Лекс был таким голодным, что пару раз прикусил его за пальцы, и муж наконец оставил его в покое, позволив сметать еду с тарелок самостоятельно. Когда наконец голод отступил, Лекс спустился с колен мужа и довольно облизал жирные после мяса пальцы. Сканд смотрел на него с таким удовольствием, как будто его хороший аппетит был его личной заслугой.
— Так что? Ты ходил в казарму? Все в порядке? — Лекс увидел, как Сканд кивнул головой и продолжил, — а правду говорят, что добыча с пиратов была такой большой, что не все сундуки влезли в сокровищницу? И несколько сундуков стоят в коридоре и их охраняют бравые военные?
— Сундуки поместились все, — Сканд ухмыльнулся, — правда, пришлось из сокровищницы вынести несколько драгоценных ваз, но ничего страшного, скоро начнутся выплаты и количество сундуков в сокровищнице значительно убавится. Кстати, тот сундук с бумагами, что так тебя заинтересовал, стоит возле моего оружия в теплой комнате.
— Пусть стоит, — милостиво кивнул рыжик, — меня пока булат интересует.
— Булат? — насторожил ушки Сканд, — что такое булат?
— Это такой металл, — улыбнулся своим мыслям рыжик, — он похож на меня. Красивый и гибкий, гнется и не ломается.
— Ты же говорил, что это металл на ножи? — удивился Сканд, — зачем ножу быть гибким?
— Увидишь… — таинственно замерцал глазами Лекс, — хотелось бы, чтобы все получилось с первого раза. Боги дали мне знания, не хотелось бы их подвести.
— Ты не подведешь!
