Тиро склонил голову и задумался. Он привык, что все просьбы и желания рыжика, как правило, как хитрый сундук, имеют второе дно, и решил отнестись к заданию и выяснить, что известно о жрецах, со всем вниманием. Лекс дошел до кузни. Там на мехах стоял Крин, а Броззи, как послушный ребенок, спал, свернувшись в калачик на мешках с песком. Крин подмигнул Лексу и в очередной раз качнул меха. Лекс посмотрел на прикопанный тигель и со вздохом отправился домой. В голове была сумятица, а в душе тревога. Вечно он как в эпицентре урагана, то крутит-вертит, а потом тишина, только вздохнул, что ненастье закончилось, а тут оказывается, что ты в самом центре «глаза бури», и сейчас все начнется опять, и даже хуже…
Лекс доплелся до спальни и, стянув с себя одежду и обувь, забрался к мужу, тот довольно хрюкнул спросонья, подгреб его к себе и продолжил спать. Лекс, хоть и был уверен, что заснуть не сможет, но отключился почти сразу и проспал до самого утра. Проснулся он от недовольного сопения где-то неподалеку. Открыв глаза, обнаружил одетого и очень недовольного Сканда.
— Почему ты среди ночи полез к монахам? Если тебе нужен Кирель, то я могу сходить и поговорить с Шарпом, чтобы он допустил тебя к разговору с Кирелем.
— И тебя с добрым утром! — Лекс потянулся, — мне нужен совет в вопросах веры, мне подойдет знающий монах, возможно, Кирель пришлет кого-нибудь ко мне для разговора, и тогда его беспокоить не придется.
Сканд недовольно фыркнул и всем своим видом показал, что зол и недоволен. Лекс пожал плечами, он не чувствовал себя виноватым. Он не выходил из дома и не нарушал правил, так что недовольство Сканда отскакивало от него, как горох от стены. Он нацепил на себя вчерашнюю одежду и обувь и отправился завтракать. Сканд может злиться, сколько влезет, но информация ему нужна как можно быстрее. Лекс был уверен, что на встречу придет Кирель. Он не упустит такого шанса прогуляться инкогнито. Настроение сразу поднялось, он, оказывается, соскучился по умному и доброжелательному собеседнику. Хотя обольщаться не следовало, Кирель сам прирежет его без сожалений, если решит, что его смерть будет более выгодна, чем все его изобретения, вместе взятые.
Перед завтраком Лекс заглянул в кузню. Броззи боялся сбиться со счета и поэтому молча кивнул в знак приветствия. Лекс сказал, что позавтракает, и они начнут. Броззи довольно улыбнулся и качнул меха. Лекс так и поступил. Быстро сжевав кашу и хлопнув по плечу все еще надутого Сканда, ускакал во двор, полный надежд. Он подвязал длинный фартук и велел Броззи сделать то же самое. А после этого сбросил кирпичи с тигля и осторожно достал его щипцами из углей. Тигель оказался непривычно тяжелым и Лекс едва не выронил его из щипцов.
— Бери инструмент и разбивай тигель, — скомандовал Лекс.
— Как разбивать? — растерялся Броззи, — хороший же тигель, может, выльем?
— Кто здесь мастер? — нахмурился Лекс, — я сказал — разбить! Но только осторожно, чтобы осколки тигля не разлетелись.
Броззи будто опомнился и схватился за долото и молот. Он бережно разбил тигель и Лекс подхватил из осколков красный спекшийся кусок металла. Он положил его на наковальню и довольно выдохнул. Да! У него получилось! Вутц*** выглядел как самый идеальный образец — весь в разводах, как окно в изморози.
* Штандарт римских легионов (лат. signa militaria) — общее название для отличительных знаков римских легионов или их подразделений, служивших тактическими направляющими знаками, знаками места сбора и выполнявших функцию боевого знамени, а также имевших сакральное значение. **прообраз спортивных трусов))
— Вот! — Лекс довольный покрутил вутц на наковальне, — смотрится прекрасно! Теперь дело за ковкой! Ну что, готов к работе? Тиро, я просил бочонок масла. Где он?
Тиро сразу распорядился принести требуемое, а Броззи довольно кивнул и нацепил на себя фартук. Лекс вначале отрубил от вутца треть, вернее, он держал щипцами слиток и резак, а ученик стучал по резаку молотом. Рыжик хотел вначале сделать небольшой нож, а из остатка сделать клинок, насколько хватит металла. Поэтому первый кусок пошел в работу, а остаток вернули в горн. Перед глазами поплыли давно забытые воспоминания…
Помнится, в далекие школьные времена у них в кузне было два мастера-кузнеца. Ну, как мастера… инженеры, один что-то там с холодильниками, преподавал в школе математику, а второй что-то там с гидравликой, сделал гидравлический молот, потом, а в школе преподавал физику. Такие себе кузнецы-самоучки с инженерными дипломами. Это именно они загорелись сделать булат. Как инженеры, подошли к делу основательно. Подняли научную литературу, даже кому-то писали письма, чтобы добиться консультации у профильного специалиста.
